JB Newstream 2 - шаблон joomla Видео

Sidebar

Нацистская Германия внимательно следила за деятельностью ученых, связанных с военно-промышленным комплексом США и Великобритании. И, конечно, работы такого гениального ученого, как Никола Тесла, не остались без внимания. Была создана специальная группа, которая отслеживала все статьи и заметки, интервью и отклики, так или иначе связанные с изобретательской деятельностью Теслы. Все тщательно собиралось, подшивалось в папки, классифицировалось и отправлялось в особый архив. Весь этот бесценный архив сыграл свою службу при создании нацистами «Базы-211» и ее эксплуатации. В отличие от американского Филадельфийского эксперимента, нацистский «аналог» отличался основательностью, и… большей секретностью.

Но «тень Теслы» незримо присутствовала и в Филадельфии, и в Берлине, и в скрытой во льдах Антарктиде…

В 1930-е годы еще не существовало соглашения между мировыми державами о демилитаризованном статусе шестого континента, и Германия стремилась оккупировать, «ничейную» территорию, а Гитлер «намеревался создать военный плацдарм в Антарктиде, что, кроме географических выгод (возможность оперативной атаки на Австралию, Южную Америку и колонии США в Тихом океане), сулило дополнительные козыри в пропагандистской кампании за грядущий „Тысячелетний Рейх“. С другой стороны, немцы на какое-то время старались избегать провокаций, а потому действовали очень осторожно. Противная сторона в лице англичан и французов с подозрением и опаской относилась к активности Германии в Антарктиде. Гитлер жаждал северных заполярных территорий, но не был готов воевать за них».

Но мало кто в Лондоне и Париже, Москве и Вашингтоне знал, что на Земле Королевы Мод, точнее-под землей, в 1938–1944 годах возводился секретный объект, закодированный как «База-211», основой которой служила система соединенных (между собой) пещер, с циркуляцией теплого воздуха.

Существуют многочисленные свидетельства о том, что в Антарктиду завозился — в огромных количествах — строительный материал, запасы продовольствия, одежды, медикаментов, оружия и боеприпасов, горнопроходческое оборудование, рельсы, шпалы, вагонеткиг фрезы для проходки туннелей. Только одно судно — «Швабенланд» — смогло совершить за пять неполных лет более двадцати-туда и обратно-«ходок». Вместимость трюмов позволила бы «Швабенланду» при желании перебросить в Антарктиду танковую дивизию со всей техникой. «Швабенланд» уже бывал в Антарктиде.

До начала, даже до середины 1930-х годов Германии было не до научных расходов, дай Бог сократить безработицу. Лишь к концу все тех же тридцатых стало возможным (благодаря «сочетанию» двух составляющих — научного интеллекта и финансовых средств Министерства обороны) организовать команду Ричера.

Вернемся к экспедиции капитана Ричера. Ричер обнаружил здесь, на Земле Королевы Мод, несколько «оазисов» — мест с более теплым климатом, свободных ото льда, с малыми озерами и растительностью. Геологи экспедиции предположили, что антарктические оазисы-не что иное, как следствие действия подземных горячих источников. Была открыта система пещер, более тысячи (огромных и совсем крошечных), наполненных теплым воздухом («гигантские системы внутриконтинентальных полостей, образующих огромные пространства с теплым воздухом, пригодные для проживания»). :

Ричер рыскал по Антарктиде почти два месяца и вернулся в Берлин 10 апреля 1938 года. Через два дня Ричер доложил лично Гитлеру о результатах экспедиции (ее бюджет составил три миллиона рейхсмарок):

— Я выполнил миссию, возложенную на меня маршалом Герингом.

Миссию?

И Геринг, и Гитлер, и сам Ричер знали о картах Рейса, Финиуса, Меркатора и Буаше и не отвергали их подлинность. Доказательством последнего и могли служить обнаруженные среди льдов «оазисы».

Но и Гитлер, и Геринг были в то время заняты совсем иными делами, далекими от идей освоения Антарктиды и подтверждения подлинности манускриптов шестнадцатого века. Ричеру правильнее было доложить, что он выполнял миссию Генриха Гиммлера.

Гиммлер — личность увлекающаяся, с авантюрной жилкой, а в сочетании с той властью, которой он был наделен, он — фигура, многого могущая достигнуть. Именно он расшевелил неповоротливого Геринга, увлек его идеями, заставил действовать; сам убеждал Гитлера, сам искал руководителя будущей экспедиции (причем — в ведомстве все того же рейхсмаршала Геринга, в среде эсэсовских легионеров кандидатур, подобных Ричеру, не нашлось). Именно всесильный шеф СС (а не официальный куратор экспедиции Геринг) следил за каждой пройденной экспедицией милей, внимательно вчитывался в строчки радиограмм и скрупулезно изучал тысячи фотоснимков; именно Гиммлер, устроил помпезную встречу команде Ричера, сумев первым — раньше, чем Геринг и даже чем Гитлер, — обсудить итоги экспедиции с ее участниками. (По совету Гиммлера Ричер опустил в своих отчетах ряд немаловажных моментов, касающихся технической стороны дела обеспечения экспедиции.)

Гиммлер, таким образом, оказался, ни много ни мало, «крестным отцом» антарктических программ Третьего Рейха.

И, наконец, именно шеф СС контролировал финансовую составную экспедиции, которая исчислялась невиданной ранее суммой — три миллиона рейхсмарок. И Гиммлер желал убедиться, что деньги Рейха не остались вмерзшими в лед Земли Королевы Мод, а «сгорели» в топках государственной машины.

С 1934-го до середины 1937 года по линиям трансатлантических почтовых перевозок курсировало судно «Швабенланд». Так сложилась судьба, что именно этому неказистому на вид почтовику пришлось стать первым «профессиональным» германским исследовательским судном, рассекающим килем холодные воды у берегов Антарктиды.

Учитывая опыт экспедиции Ричера, судно переоснастили под «авианосец»: самолеты (гидропланы «Domier Wal») установили на паровых катапультах на носу корабля, откуда они могли взлетать и после полета вновь подниматься на борт с помощью крана. «Швабенланд» оборудовался в доках Гамбурга, и его оснащение обошлось в один миллион рейхсмарок — почти треть совокупного бюджета экспедиции.

Экипаж судна был подобран и обучен Германским обществом полярных исследований. Важная особенность, экипаж оказался… интернациональным. На борту «Швабенланда» мирно уживались немцы, англичане, норвежцы и даже американцы. Командовал экспедицией все тот же неутомимый Ричер.

1 декабря 1938 года в Гамбурге, в большой тайне от вездесущих газетных репортеров из дока на воду вышло научно-исследовательское судно «Швабенланд».

«Швабенланд» покинул Гамбург за неделю до Рождества 1938 года и направился к Антарктиде, избегая всяческих контактов с идущими навстречу или параллельными курсами судами.

Судно достигло прибрежного (пакового) льда 19 января 1939 года в точке 4 градусов 15 минут западной широты и 69 градусов 10 минут восточной долготы. Событие это отметили (как вспоминали инженер Зиверт и судовой плотник Вернед) «залпом-салютом» из стрелкового оружия, шифровкой в Берлин и здравицей в честь фюрера.

В течение нескольких последующих недель гидропланы совершили больше сотни вылетов, обследовав примерно 600 тысяч квадратных километров льда и снега (это составило почти пятую часть континента), С помощью специальной фотокамеры «Zeis RMK 38» 350 тысяч квадратов запечатлели на одиннадцати тысячах снимков. Через каждые 25 километров гидропланы сбрасывали вымпелы экспедиции — красный треугольник с черной нацистской свастикой посередине. Возвращение на судно воспринималось командой как праздник (судьба летчиков зависела в большей степени от везения, чем от техники или сноровки экипажа; и любой из вылетов в сторону ледяного панциря Антарктиды мог обернуться трагедией).

В середине февраля 1939 года «Швабенланд» покинул Антарктиду. Возвращение судна в Гамбург заняло два месяца. Ричер использовал это время для классификации результатов исследований, карт и фотографий. Капитан Ричер был так поражен результатами экспедиции, что сразу стал планировать новую, полностью гражданскую, экспедицию с использованием более легких самолетов на лыжах. Однако так и не успел, началась Вторая мировая война… Самолеты его перебросили в Заполярье, там они оказались нужней.

Вслед за «асами» Геринга и «интеллектуалами» Гиммлера к Земле Королевы Мод ринулись субмарины германских Военно-морских сил, ведомые самыми лучшими воспитанниками гросс — адмирала Карла Денница. Они искали и наилучший морской подводный путь к Земле Королевы Мод, и возможные форватеры к подводным и подземным пещерам.

Эта «экспедиция» проходила под полным секретом. Кто, сколько и как, — эти вопросы так и остались без ответа. Известно лишь, что, довольный действиями своих подчиненных, «фюрер подводных лодок» обмолвился:

— Мои подводники обнаружили настоящий земной рай!

Данных о «Базе-211» (странное название) у разведок стран антигитлеровской коалиции было до крайности мало. И те, что были, — сведения скорее косвенного характера.

Так, появились данные — от вездесущей американской разведки, — что на германских верфях в конце 1930-х годов заложили восемь огромных — видимо, транспортных, — подводных лодок. По данным австралийцев (они тоже не бездельничали), лодки эти «обнаружились» (засветились) в Антарктиде (существовал якобы даже документальный фильм, свидетельствующий о прибытии транспортных субмарин в район Земли Королевы Мод: яркое солнце, ослепительно белый снег, пятнистые черно-белые брюхи субмарин, команды, выстроенные на палубах, свастики на флагах, поднятые над командирскими рубками на самодельных флагштоках).

Создание базы в Антарктиде — не миф, а реальность — с учетом технического обеспечения Третьего рейха возможностью обеспечить фронт работ дармовой рабочей силой (узники концентрационных лагерей).

Известные зарубежные исследователи антарктических тайн Третьего рейха Р. Веско, В. Терзийски, Д. Чайлдресс утверждают, что с 1942 года с помощью подводных лодок на Землю Королевы Мод были переброшены тысячи узников концлагерей (рабочая сила), а также видные ученые, летчики и политики с семьями.

К концу войны — это уже сведения американской разведки — у немцев имелось девять исследовательских предприятий, на которых испытывали проекты самолетов самого последнего поколения:

«Восемь из этих предприятий вместе с учеными и ключевыми фигурами были успешно эвакуированы из Германии. Девятое сооружение взорвано… Мы имеем закрытую информацию, что некоторые из этих исследовательских предприятий перевезены в место под названием „Новая Швабия“… Сегодня это может быть уже порядочных размеров комплекс. Может быть, там находятся эти большие грузовые субмарины. Мы полагаем, что в Антарктику было перевезено как минимум одно (или более) предприятие по разработке дисков. У нас есть информация о том, что одно было эвакуировано в район Амазонки, а другое — на северное побережье Норвегии, где много немецкого населения. Они были эвакуированы в секретные подземные сооружения».

В течение последующих шести лет — полное молчание, ни одного известия о том, что происходит в «Новой Швабии», кто возводит ее, чем важна она для Рейха. Лишь четыре года спустя, когда для многих германских политиков стало ясным, что Третий рейх не тянет на эпитет «тысячелетний» и явно «идет ко дну» — гросс-адмирал Карл Денниц обронил еще одну весьма примечательную фразу:

— Германский подводный флот может гордиться тем, что создал для фюрера на другом конце света — крепость, неприступную Шангриллу.

Нацистская верхушка рассчитывала укрыться здесь, в антарктической Новой Швабии, в неприступной Шангрилле, в случае военных и политических неудач на европейском континенте. А значит, были созданы все условия для продолжения «плодотворной» деятельности.

Под ледяной коркой Земли Королевы Мод создавался «Новый Берлин» (мегаполис — более двух миллионов человек — населения). Особое внимание уделялось эвакуации из Германии членов «Гитлерюгенда» — генофонда будущей «чистой» расы.

Развить наши познания о «Базе-211» может только одно — обращение к архивам. Нам были доступны материалы так называемого «Центра хранения историко-документальных коллекций» (в недалеком прошлом — «Особый архив МГБ СССР», затем — «Особый архив КГБ СССР» и прочее, и прочее, и прочее). Но важны не названия, а то, что в начале 1990-х годов практически все фонды были открыты для исследователей. И это самое важное, поскольку в его стенах хранятся уникальные документы, изъятые в 1945 году советской контрразведкой в оккупированных странах, в Германии, Польше, Чехословакии, Венгрии и т. д. и т. п.

Особенно богато представлен поверженный Третий рейх, здесь и архивы гестапо, и войск СС, и Верховного главнокомандования Вермахта, и… много что еще. Один недостаток: чтобы найти интересующие «бумажки» необходимо перерыть добрую сотню дел; материалы того или иного ведомства «разбросаны» по различным фондам. Так, интересующие нас документы Германского общества полярных исследований и экспедиций на Антарктиду обнаруживались в самых невероятных делах (в том числе и в личных фондах). Торопились смершевцы, когда вывозили архивы противника, скидывали все в общую кучу, с надеждой разобраться позднее, но навести порядок в бумагах, объемы которых исчислялись товарными вагонами, не сумели до сих пор.… Это — и на пользу и — во вред: благодаря беспорядку сохранились, не были изъяты в еще более «секретные» архивы уникальные свидетельства о «Базе-211»; но хаос в архиве не позволяет выявить все, что возможно, и исследователю порой кажется, что он упускает самое важное.

Но оставим в стороне исследовательскую лирику, нас интересуют факты, пусть немногочисленные, но очень важные.

Во-первых, «Новая Швабия» — поселение на территории Земли Королевы Мод в Антарктиде (предназначение которого — колонизация всего материка и проведение научно-изыскательских работ); «База-211» — «Неприступная Шангрилла» — стратегический военный объект.

Во-вторых, создание «Новой Швабии» и «Базы-211» шло параллельно, но при соблюдении различных уровней секретности (что отразилось на количестве сохранившихся архивных свидетельств).

В-третьих, говоря о «Новой Швабии», мы подразумеваем и «Базу», поскольку все «колонисты» трудились на нее.

Первая группа «колонистов» обосновалась на территории «Новой Швабии» уже летом 1939 года. В ее состав — пятнадцать человек — входили специалисты по горному делу, врачи, радисты, метеорологи, топографы и специалисты в области гляциологии. Руководил группой некто Карл Беккер, полковник войск СС.

«Группа Беккера» (так она именовалась в Берлине) поддерживала радиосвязь с радиоточками, разбросанными на островах южных районов Тихого и Атлантического океанов, а оттуда уже информация — по цепочке, и очень оперативно — достигала Берлина (лишь в конце 1944 года последними, как оказалось, рейсами удалось доставить в «Новую Швабию» мощные радиостанции, связывающие «колонию» с «метрополией» напрямую).

Метр за метром, шаг за шагом, очень основательно и неторопливо изучались пещеры, системы проникновения теплого воздуха, намечались возможные направления прорубки дополнительных туннелей, связующих подземные полости.

Не остались без внимания «оазисы», открытые еще экспедицией Ричера — участки суши, свободные от ледяной корки, с растительностью и крохотными пресными озерами.

Метеорологи внимательно следили за особенностями антарктического климата, глациологи исследовали природу льда и его роль как физико-географического фактора. Все были заняты делом, лишь Беккеру отводилась роль «наблюдателя», но — не за ходом исследований, а за… поведением «колонистов», он — из ведомства Гиммлера, а там шутить не любили (шеф СС, при всем его покровительстве науке и открытиям, оставался верен установке: дисциплина и преданность — прежде всего).

Очередное прибытие «Швабенланда» (сентябрь 1939-го), вновь «разогнало кровь по жилам», население «Новой Швабии» увеличилось почти втрое. Кроме того, доставлены и полтора десятка контейнеров с горнопроходческим оборудованием. Уже через неделю после разгрузки судна в глубине пещер зазвучали приглушенные взрывы, началась «проходка»: пещеры соединялись между собой новыми туннелями, расширялись и укреплялись старые, улучшалась «планировка» подземных территорий. Но сказывалась нехватка рабочих рук, работы шли крайне медленно (это следовало из отчетов, доставляемых «Швабенланденом» в Германию). Ситуацию удалось исправить в 1940–1941 годах, когда появилась возможность отправлять в Антарктиду партии узников концлагерей. Именно они и создали Шангриллу — настоящую крепость, где можно было не только отсидеться в случае необходимости, но вести и руководить активными боевыми действиями: в пещерах, за толщей льда укрывались пять командных пунктов, двадцать два «ангара» для авиатехники, более полусотни «емкостей» для горюче-смазочных материалов, более сотни «складов» для боеприпасов, продовольствия и медикаментов, «цеха» — не только для ремонта техники, но и для ее производства, также «казармы» для личного состава. (О военнопленных никто не вспоминал, поток их шел только в одном направлении — из Европы в Антарктиду, в обратные рейсы транспорты шли «порожняком».)

В сентябре 1939 года обитатели «Новой Швабии» вздохнули с облегчением, Беккера отозвали в Берлин (на антарктический берег нога его больше не ступала).

Новая Швабия, 1942 год — время затишья. На какое-то время, август — декабрь, работы даже приостановились. В конце лета в пещерах и в «оазисах» трудились археологи, искали свидетельства той цивилизации, что оставила источники для карт, упомянутых выше, Пири Рейса, Меркатора и Буше.

Руководитель группы археологов — профессор Берлинского университета Генрих Шлоссер (курировал работы лично Вольфрам Зиверс ). Что нашли (и нашли ли) археологи на Земле Королевы Мод — неизвестно. Но, быть может, о чем-то скажет тот факт, что в 1944 году организацию охраны объектов «Новой Швабии» поручили Отто Скорцени. (В своих мемуарах он не оставил даже намека о своем пребывании в Антарктиде — вполне вероятно, что он осуществлял лишь стратегическое планирование.) Под усиленной охраной убыли в Германию и археологи, их возвращения ждали не только в ведомстве Зиверса, но и Гиммлер; в его коллекциях оставались свободные ячейки и для антарктических находок.

1944 год, по крайней мере его первая половина (если судить по сохранившимся обрывкам документов и косвенным свидетельствам) прошла для «колонистов» в обычном режиме (приходили и уходили транспортные суда, продолжались исследования и совершенствования подземных коммуникаций), а вторая половина года стала временем несбывшихся ожиданий и разочарований. В самом конце года для многих стало ясным — Германия терпит одно поражение за другим, и если не произойдет чуда, Третий рейх прекратит свое существование в ближайшие месяцы.

Население «колонии» составило — на январь 1945-го — более двухсот человек (скорее всего, цифра занижена, поскольку ряд специалистов даже здесь, вдали от разведок противника, оставались засекреченными, и их жизнь и деятельность шла под грифом «инкогнито»).

Но уже ранней весной активизировались субмарины из «Личного конвоя фюрера». Тогда же из доков Киля ушли в неизвестном направлении транспортные подлодки; этих подводных чудовищ никто не видел (киносвидетельства австралийцев о прибытии грузовых субмарин в Антарктиду так и остались единственными).

Известно о прибытии на Землю Королевы Мод в апреле того же года нескольких пассажиров.

Последняя, обнаруженная нами, «ласточка» с «Новой Швабии» датирована 3 марта 1945 года (расписка в получении десяти канистр с керосином неким Отто Брауном).

 

 

Back to top