Sidebar

Верно говорят: нет худа без добра. В любой ситуации надо прежде всего искать выгоду. Да, я застукала жениха на измене, зато в итоге нашла мужа. Правда, что-то неладное творилось в доме моего так неожиданно обретенного супруга. Естественно, я была бы не я, если бы не попыталась разобраться в происходящем. Ох, и что тут началось! Смертельные проклятья, могущественные маги, приглашение на королевский бал и интриги сильных мира сего… Но что поделать, если для меня любопытство не порок, а образ жизни!

Не было бы счастья: Фантастический роман / Рис. на переплете А.Клепакова — М.:«Издательство АЛЬФА-КНИГА», 2015. — 281 с.:ил.
7Бц Формат 84х108/32 Тираж 4 000 экз.
ISBN 978-5-9922-2110-7
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Часть первая

ВЫЙТИ ЗАМУЖ ЗА ПЕРВОГО ВСТРЕЧНОГО

Месть — это блюдо, которое подают холодным.

Только эта мысль крутилась в моей голове, когда я стояла

в темной прихожей своей квартиры и слушала, как за приот

крытой дверью спальни мой жених Гровер, теперь, полагаю,

уже бывший, развлекается с моей же подругой Олессой.

Я грустно ухмыльнулась, пытаясь не обращать внимания

на боль, тупой иголкой засевшую в сердце. Да, получилось

все как в глупом и несмешном анекдоте. Стоило только од

нажды пораньше вернуться домой… Решила сделать благо

верному сюрприз, называется. А ведь день свадьбы уже на

значен. Приглашения разосланы. Куплено даже платье.

Страшно представить, сколько денег уже потрачено и ско

лько надлежит потратить в ближайшем будущем! Самое

противное заключается в том, что отец изначально был про

тив этой свадьбы. В свое время с ним пришлось крупно раз

ругаться, лишь бы прекратить надоедливые разговоры о том,

что Гровер мне не пара.Яиз приличной семьи, пусть и не яв

ляющейся ветвью древнего дворянского рода. А жених при

был в столицу пару лет назад из какогото деревенского за

холустья. Я с отличием закончила Академию колдовских ис

кусств по направлению артефактной магии и своим даром

зарабатываю совсем неплохие для столь юного возраста де

ньги. По крайней мере уже давно живу самостоятельно и не

прошу у семьи на булавки. Он… Кстати, а чем, собственно,

мой жених зарабатывает себе на жизнь? Каждое утро Гровер

целовал меня и кудато уходил. Пару раз я интересовалась,

чем именно он занимается, но так и не получила ответа. Гро

вер ловко уходил от расспросов, принимался шутить, рас

5

сказывал какуюнибудь занимательную историю из своего

прошлого — и я забывала, что мне от него надо.

В этот момент Олесса особенно восторженно вскрикну

ла, и я вернулась мыслями в безрадостное настоящее. На

верное, стоило ворваться в комнату и грозно потребовать

объяснений.Номне претила даже мысль начинать разборку.

Както это… вульгарно, что ли. Конечно, в тот самый мо

мент, когда я вошла в прихожую и услышала хриплые стоны,

доносящиеся из глубины квартиры, первой моей мыслью

было: «Гроверу плохо!» Я ринулась было в спальню, но тут

же остановилась, услышав женский смех. Осторожно загля

нула в приоткрытую дверь и мгновенно отшатнулась в тем

ную прихожую. Одного взгляда оказалось достаточно, что

бы все понять и осознать. Нет, не будет у меня свадьбы.

Изря я полгода не разговаривала с отцом, пока он с большой

неохотой не признал, что погорячился с выводами. Отец

даже любезно предложил оплатить свадебные торжества,

пытаясь таким образом загладить свою вину. И вот теперь

мне надлежало както объяснить ему, что он с самого начала

был прав и не зря предупреждал меня держать ухо востро с

этим «мутным прощелыгой», выражаясь его словами.

Я осторожно шагнула к двери и бесшумно прикрыла ее.

Хватит, нагляделась уже на голый зад своего бывшего жени

ха, который ритмично двигался, вбивая и вбивая Олессу в

заботливо выбранные мною простыни. Боюсь, эта отврати

тельная картина еще долго будет преследовать меня в кош

марах.

Теперь мне надлежало решить, что же делать дальше. Не

думаю, что Гровер еще долго будет ублажать Олессу. Я вооб

ще удивлена, что у него столько сил. Со мной все обычно за

нимало не больше пяти минут.

— Не боишься, что Алекса нас застанет? — прозвучал в

этот момент звонкий голосок подруги.

— Нет, — самоуверенно фыркнул Гровер. — Эта толстая

корова должна быть рада, что я вообще на нее обратил вни

мание. К тому же у нее духа не хватит поднять скандал. По

боится отца расстроить. Тот уже всему Гроштеру растрезво

нил о свадьбе, пригласил всех своих друзей и знакомых.

Я прикусила губу, чувствуя, как на глаза наворачиваются

злые слезы обиды.Иничего я не толстая! Просто невысокая

6

и коренастая. Как любит говорить мой отец, тяжелая кость.

Самто он высок и худощав, а я пошла в мать, ныне покой

ную. Увы, широкие бедра не помогли ей при родах, и она

умерла, едва успев произвести меня на свет.

—Алекса не только толстая, но и кудрявая корова,—рас

смеялась Олесса забавному сравнению.

Иопять я проглотила оскорбление, ничем не выдав свое

го присутствия. Лишь крепче сжала кулаки, унимая непрео

долимое желание ворваться в спальню и хорошенько оттас

кать так называемую подруженьку за длинные космы. Как

будто я виновата, что у меня такие волосы! Жесткие, словно

проволока, и вьются, как завитки у барана. Изза этого я по

стоянно стригу их покороче, иначе никакая расческа не

справится с этим безобразием.

—И как ты только с ней в постели выдерживаешь?—ко

кетливо продолжила Олесса.

— С трудом, — хмуро отозвался Гровер. — Всю печень

себе посадил, наверное, серебристой пыльцой. Ну, ничего.

Недолго терпеть осталось. Как только мы поженимся — тут

же заделаю ей ребенка.Иникуда эта дура от меня не денется.

Полагаю, ее папенька, виер Грэг, по первому моему требо

ванию выдаст крупную сумму денег, лишь бы беременная

доченька не расстроилась, узнав о моем истинном образе

жизни. Позор какой для их семьи! Зять — картежник и вы

пивоха, не пропускающий мимо ни одной юбки.

— Нуну, насчет юбок полегче, — с отчетливыми нотка

ми обиды отозвалась Олесса.—Пока я рядом, даже не думай

на других заглядываться.

— Конечно, конечно, моя лапушка, — так приторно за

сюсюкал Гровер, что у меня тут же заныли зубы.

Целую минуту после этого голубки шуршали и томно це

ловались. А я слушала, впитывая эти недвусмысленные зву

ки всеми порами своего тела. Да, больно так, что нельзя глу

боко вдохнуть, да, противно. Но я должна это запомнить.

Чтобы даже мысли не мелькнуло о прощении.

— А что ты будешь делать, когда Алекса родит? — спустя

некоторое время задала новый вопрос Олесса.

— Да ничего! — Гровер фыркнул от смеха. — Буду жить,

как и жил раньше. Не сомневаюсь, что мой новый папа ста

7

нет послушно отстегивать мне на расходы, как только я за

икнусь об этом. Лишь бы его ненаглядная доченька не лила

слезы. И потом, развод — это такой позор, которого он не

допустит. Вот еще, чтобы семейство Гриан полоскали на все

лады по всей столице? Да он скорее из кожи вон выпрыгнет,

чем доведет ситуацию до такого. К тому же Грэг далеко не

дурак, прекрасно понимает, что его страхолюдинадочь ни

кому, в сущности, не нужна. Ни рожи ни кожи, как говорит

ся. Поди, в глубине души благодарен мне за то, что я обратил

на нее внимание. А если я ее к тому же обрюхачу, то вопрос

возможного развода будет решен раз и навсегда. Матьоди

ночка — это не смешно, пусть даже она единственная на

следница зажиточного семейства.

В этот момент я поняла, что с меня хватит. Если я услышу

еще хоть одно оскорбление в свой адрес или в адрес моего

отца, то не выдержу и в самом деле сотворю чтонибудь

страшное. Кончики пальцев так и зудели от желания ударить

по этой парочке какимнибудь заклинанием. Да, я не обуча

лась смертельной и боевой магии, но вряд ли это стало бы

помехой. Любое заклинание — прежде всего выплеск энер

гии. Чем больше силы ты потратишь на чары, тем более впе

чатляющим получится результат. Полагаю, мне не составит

особого труда обрушить на головы любовников тяжелую ду

бовую полку, висящую в изголовье кровати. Но я не собира

лась губить свою жизнь изза одного подлеца, повстречав

шегося мне на пути. Воображение слишком явственно на

рисовало безрадостную картину того, что меня ожидает,

если я убью этого мерзавца. Расследование и неминуемое

разоблачение, рудники или виселица — в зависимости от

благосклонности судьи. Постаревший, убитый горем отец…

Нет, так не пойдет! Права народная мудрость: месть — это

блюдо, которое надлежит подавать холодным. И пригото

вить его надо изысканно. Сначала мне стоит обдумать все

хорошенько. Тем более что теперь у меня есть одно неоспо

римое преимущество: я все знаю, тогда как Гровер и Олесса

пока даже не догадываются, что уже перекочевали в катего

рию бывших.

Решив так, я бесшумно развернулась с намерением поки

нуть квартиру, пока мое присутствие не обнаружили. Но тут

8

мой взгляд зацепился за одежду, в беспорядке раскиданную

по полу. Видимо, страсть настолько обуяла эту парочку, что

Гровер и Олесса начали раздеваться уже на пороге квартиры.

Что же, пожалуй, мне это на руку. И я пакостливо улыбну

лась, подумав, что в ожидании основного блюда можно по

забавиться легкой закуской. После чего неслышно сколь

знула на кухню.

Из спальни между тем опять начали раздаваться охи,

вздохи и стоны, свидетельствующие о том, что на самом деле

постельные возможности Гровера куда выше, чем мне пред

ставлялось. Ну что же, оно и к лучшему. Не надо опасаться,

что меня застанут врасплох.

Поиски на кухне не заняли много времени, и вскоре я

вернулась. Отыскала в ворохе белья, сваленном на полу, тру

сы Гровера и Олессы. Затем скользнула в ванную, от души

посыпала их внутреннюю поверхность красным жгучим

перцем. Хорошенько встряхнула, удалив излишки и стара

ясь при этом не дышать — а то вдруг расчихаюсь. А затем,

бесшумно ступая, вернула все на прежние места. Ну что же,

теперь сладкую парочку ожидает несколько весьма неприят

ных минут. Красный перец и интимные места — далеко не

лучшее сочетание. Гореть будет знатно. А самое интересное

заключается в том, что вряд ли они догадаются, в чем дело.

Скорее заподозрят, что в итоге интрижки обзавелись ка

койнибудь нехорошей болезнью. Конечно, можно было

воспользоваться и чарами, но магию легко обнаружить.

А вот шутка с перцем не столь известна в обществе.

И, гордая собой, я покинула квартиру, пытаясь не обра

щать внимания на звуки, доносящиеся из спальни. Самое

время хорошенько все обдумать!

Итак, куда бы податься несчастной обманутой девушке,

обнаружившей, что ее ненаглядный жених ей изменяет?

Первым моим порывом было отправиться к отцу и все ему

рассказать. Не сомневаюсь, что Гровер в итоге получил бы

по заслугам. Отец в гневе поистине страшен, да и знакомых в

самых разных слоях общества у него хватает. Но, немного

поразмыслив, я отказалась от этой идеи. Нет, не хочу ввязы

вать отца в столь низкую и грязную склоку. Тем более… он

9

ведь заранее предупреждал, что не в восторге от моего жени

ха. Конечно, совесть не позволит ему напомнить мне об

этом, но пресловутое: «Я же говорил!» — обязательно будет

читаться в его глазах.

Потом я подумала, что было бы неплохо все обсудить с

какойнибудь подругой, но тут же поняла, какую глупость

сморозила. Вопервых, моей лучшей подругой до сего дня

считалась как раз Олесса. То бишь женскому полу в подоб

ных вопросах всетаки лучше не доверять. Слухи и сплетни

разносятся со скоростью лесного пожара. Если я расскажу

комунибудь из знакомых о том, что застала жениха в посте

ли с другой, об этом быстро станет известно всему Гроштеру.

Так и не решив, кому излить душу, я направилась в бли

жайший трактир. Что же, в таком случае посижу в одиноче

стве за бокалом вина.

Полдень толькотолько миновал. По причине раннего

времени питейное заведение радовало глаза пустотой. Трак

тирщик както странно покосился на меня, когда я попро

сила бутылку самого дорогого алкоголя, потребовал деньги

вперед, но, получив целый серебряный, смилостивился.

Спустя несколько минут передо мной уже шкварчала сково

рода жареной картошки с салом, которую в общемто я не

заказывала. Видать, добрый мужчина решил, что негоже

пить без закуски.

От сковороды исходил такой аппетитный запах, что мой

рот мгновенно наполнился слюной. Я взяла было в руки

вилку, но тут же мрачно отодвинула блюдо подальше,

вспомнив, как Олесса назвала меня жирной коровой. Пожа

луй, немного похудеть мне в самом деле не помешает.

Почти сразу после этого трактирщик поставил передо

мной запотевший графин и глиняную кружку.

— Ты это, пей аккуратно, не части, — бросил он, нервно

поправляя фартук. — Этот самогон моя теща гонит. Такой

же злой, как ее поганый язык. Но народ хвалит. Потому и

продаю дорого.

Я равнодушно пожала плечами. Вообщето я рассчиты

вала на бутылку какогонибудь слабого напитка. Наливки

там или ягодной настойки. Но если в этом заведении само

10

гон — самое качественное и дорогое спиртное, значит, буду

пить его. И я смело плеснула себе в кружку.

Первая порция пошла на удивление мягко. Сначала, ко

нечно, дыхание перехватило от непривычно крепкого на

питка.Ясморгнула выступившие на глазах слезы и осторож

но выдохнула. Ого! Ну и вещь. Пожалуй, она действительно

стоит отданных за нее денег. Хорошо пошла!

После первой порции последовала вторая, а затем и тре

тья. Питейное заведение все еще оставалось пустым. Если

честно, я чувствовала себя несколько неловко под немигаю

щим взглядом трактирщика, которому нечего было делать.

Он с таким явным неодобрением косился в мою сторону,

что это начало раздражать. Чего вылупился, спрашивается?

Да, пью, ну и что из этого? Я ведь не украла, а честно запла

тила за свою бутылку. И мне уже достаточно лет, чтобы не

спрашивать разрешения на покупку алкоголя.

Немного подумав, пересела на противоположную сторо

ну стола. Вот так лучше! Хоть не буду видеть рожу этого на

глецатрактирщика, который, ничего не зная о моем горе,

смеет осуждать меня!

Правда, в процессе перемены места я внезапно обнару

жила, что самогон начал действовать. Нет, ноги еще меня

слушались, но уже начали выделывать какието странные

самостоятельные фортеля. А еще я запуталась в подоле свое

го платья и едва не загремела носом прямо в столешницу.

Вот была бы потеха для этого врединытрактирщика! Инте

ресно, он все еще наблюдает за мной?

Не сдержав любопытства, я кинула осторожный взгляд

через плечо и тут же вспыхнула от негодования, поскольку

обнаружила, что трактирщик самым наглым образом смот

рит на меня и лыбится во весь щербатый рот. Нет, вот ведь

гад! Ни малейшего уважения к посетителям!

Бурча себе под нос всевозможные ругательства в адрес

наглого трактирщика, я налила еще самогона. Правда, рука

дрогнула в последний момент, и приличная часть самогона

пролилась мне на платье. Демоны! Стоит признать, запашок

у этого пойла тот еще. Ну да ладно, где наша не пропадала!

Все равно обнюхивать меня теперь некому. Отныне я девуш

ка свободная.

11

В этот момент дверной колокольчик негромко звякнул, и

я обрадованно улыбнулась. Ага, еще один клиент пожало

вал! Надеюсь, теперь трактирщик перестанет самым непри

личным образом на меня пялиться и займется новым посе

тителем.

И я быстро опрокинула еще стаканчик.

— Что у вас есть из спиртного? — раздался тем временем

за моей спиной звучный мужской голос.

Я так и замерла с поднятой рукой, поскольку как раз со

биралась плеснуть себе еще. О, какой это был голос! Том

ный, бархатный. По моей коже словно провели теплым ме

хом. Даже мурашки по позвоночнику пробежали. Именно

таким голосом надлежит соблазнять неприступных краса

виц.

—Могу предложить вам самогона,—обреченно отозвал

ся трактирщик. Подумал немного и зловредно добавил: —

Вон, девушке очень нравится.

Яосмелилась бросить быстрый взгляд через плечо. Да так

и замерла, неприлично раззявив рот.

Увы, внешность новоприбывшего совершенно не соот

ветствовала его восхитительному, обворожительному бари

тону. Передо мной предстал вполне себе обычный молодой

человек всего на несколько лет старше меня. Долговязый,

худющий, как не знаю кто. С длинным крючковатым носом.

Правда, его темный сюртук был сшит из очень качественно

го сукна, и неизвестный мне портной сделал все возможное,

чтобы скрыть излишнюю худобу несчастного. Новенькие

сапоги из дорогой кожи начистили до такого блеска, что они

слепили глаза. По всей видимости, деньги у незнакомца во

дились. Правда, в таком случае непонятно, почему он загля

нул в столь непримечательное питейное заведение.

—Девушке нравится,—задумчиво повторил незнакомец

и внимательно посмотрел на меня, словно только сейчас за

метил мое присутствие.

Я почувствовала, что краснею. Поспешно закрыла рот и

отвернулась. Взяла в руки вилку и принялась мрачно ковы

ряться в совершенно остывшей картошке, к которой так и не

притронулась ранее. Еще не хватало, чтобы этот не пойми

кто расценил мой невольный интерес к его персоне непра

12

вильно — будто я скучаю в одиночестве и завлекаю мужчин

взглядами.

Увы, по всей видимости, именно так он и решил, поско

льку пару минут спустя остановился рядом со столом, за ко

торым я расположилась.

— Позволите? — негромко поинтересовался он, кивнув

на лавку напротив меня.

Вместо ответа я с демонстративным удивлением обвела

пустынный зал взглядом. Кашлянула и развязно спросила:

— А что, мест больше нет? Обязательно за одним столом

тесниться?

Незнакомец както странно хмыкнул и все равно опус

тился на лавку. Предупредительный трактирщик, видимо

получивший от него неплохие деньги, шустро поставил пе

ред ним такой же графин, как у меня. А еще через несколько

минут на столе както сами собой образовались тарелки с за

кусками: домашним ноздреватым сыром, нарезанным круп

ными ломтями, колбасой. Трактирщик притащил даже со

леные огурчики и прочие домашние соления.

В моем животе при виде такого изобилия гулко забурча

ло. Надо же, а мне предложили всего лишь какуюто жаре

ную картошку. Сколько же этот незнакомец дал трактирщи

ку? Неужели целый золотой?

— Чтонибудь еще? — подобострастно спросил хозяин

заведения, склонившись перед посетителем в глубоком по

клоне и нервно комкая в руках фартук.

—Пока нет.—Парень покачал головой.—Иди. Если по

надобишься — я кликну. А пока не мешай.

Вроде бы он сказал это совершенно спокойно.Нонеожи

данно в тоне проскользнула такая властность, что я сама

едва не встала и не отправилась восвояси, лишь бы не мозо

лить глаза вздумавшему отдохнуть господину. Я посмотрела

на него поновому. Ого, как умеет! Интересно, кто таков?

Остатки здравого смысла, которые еще не успели утонуть

в самогоне, подсказывали мне, что некрасиво первой начи

нать расспросы. Особенно в такой ситуации. Поэтому я

твердо решила помалкивать, лишь в очередной раз плеснула

себе в кружку. Хм, а ведь графин както странно полегчал.

13

Неужели же я столько успела выпить? Вроде бы старалась не

наливать себе до краев.

—Давайте выпьем за знакомство,—неожиданно предло

жил загадочный молодой человек и, в свою очередь, щедро

налил себе уже из своего графина.

— Давайте, — вяло согласилась я. Подумала немного и

добавила: — Алекса.

—Дариан,—ответил мой сосед по столу, и наши кружки

с негромким стуком сошлись.

На этот раз алкоголь показался мне особенно крепким.

Самогон огненным шаром промчался по моему пищеводу и

упокоился в желудке, а я неполную минуту дышала ртом и

смахивала с ресниц слезы.

—Угощайся.—Дариан, мгновенно оставивший церемо

нии, подвинул поближе ко мне тарелку со всевозможными

солениями.

Ради приличия я выбрала один маленький скользкий

грибочек и отправила его в рот. А картошку есть все равно не

буду!

— Ты бы лучше чемто посущественнее закусила, — не

выдержав, проговорил Дариан. — Или напиться хочешь?

— Хочу, — мрачно протянула я. Помолчала немного и

вдруг всхлипнула: — И вообще, я жирная корова!

—Приятно познакомиться, а я длинный глист,—ни кап

ли не удивившись, ответил Дариан. И наши кружки опять с

глухим стуком сошлись.

Если честно, после этой порции самогона мое сознание

начало уплывать. Дальнейшее я запомнила урывками. Мы

еще выпили, помоему, даже не один раз. Затем я с горест

ными завываниями поведала новому знакомому о предате

леженихе и моей так называемой подруге. А он, в свою оче

редь, рассказал мне не менее драматичную историю. Оказа

лось, что этим утром он тоже разочаровался в возлюблен

ной. Кстати, по иронии судьбы их свадьба была назначена

на тот же день, что и у нас с Гровером. Но пару часов назад

Дариан обнаружил свою единственную и ненаглядную в

объятиях лучшего друга, поскольку так же, как и я, невовре

мя заглянул в гости. Они, кстати, даже не смутились, когда

на пороге предстал разъяренный жених. Именно тогда он

14

услышал в свой адрес столь обидное определение. Ну, ко

нечно, помимо прочих оскорблений, Ами, а именно так зва

ли невесту Дариана, сказала ему все, что о нем думала. Мол,

и замуж за него решила выйти лишь изза денег, и раздража

ет он ее, и вообще, урод полный. То ли дело Рикардо!

Рикардо ехидно ухмылялся и продолжал держать девуш

ку в своих объятиях. Дариан сначала хотел вызвать его на

смертельный поединок, но потом плюнул — и ушел. По до

роге увидел этот трактир, подумал, что горе принято топить

в вине. В общем, так мы и встретились.

На этом месте его рассказа самогон кончился. Трактир

щик долго убеждал нас, что нам якобы хватит, пытался уз

нать мой адрес, чтобы нанять экипаж и отправить от греха

подальше. К вечеру питейное заведение начало заполняться

людьми, и пожилой мужчина упорно втолковывал мне, что у

пьяной девушки могут возникнуть проблемы.

Такая забота неожиданно растрогала меня до слез, и я

опять заревела в полный голос. Надо же, сначала этот трак

тирщик показался мне редкостным гадом. А он просто пере

живал за меня.

Дариан заплетающимся языком пытался уверить, что ря

дом с ним мне нечего опасаться. Затем мы устали спорить,

прихватили графин, который с огромной неохотой трактир

щик нам всетаки продал, и отправились гулять по улицам

города.

Вроде бы мы пили на набережной, со всем мыслимым

удобством расположившись на широком каменном парапе

те. Пару раз нас пытались забрать городские патрули, но по

сле краткого обмена репликами с моим спутником стражни

ки шли дальше. Интересно, что он им говорил? Затем Дари

ан едва не рухнул в реку, но всетаки не рухнул, имыпродол

жили прогулку.

Из дальнейшего моя память сохранила воспоминание о

Храме всех богов, расположенном на главной площади

Гроштера. Видимо, мы вели себя слишком шумно, посколь

ку Дариан долго о чемто спорил со священником. А даль

ше — провал в сознании. Больше я не запомнила ничего.

Наверное, оно и к лучшему.

15

Более отвратительного пробуждения у меня не было ни

когда. Казалось, что болело все тело, а особенно — голова.

Боль пульсировала острыми вспышками в висках, много

кратно усиливаясь при малейшей попытке пошевелиться.

А еще меня просто зверски тошнило. Я боялась открыть рот,

опасаясь, что все съеденное и выпитое вчера немедленно

попросится наружу.

Но куда больше меня тревожило то, что я не помнила

окончания вечера. Где я? Что со мной? Неужели заснула

гденибудь на улице и меня подобрал городской патруль, а

затем отправил в каталажку? Ох, вот позоруто будет, когда

выяснится, что я не какаято там гулящая девка, а единст

венная дочь виера Грэга Гриана!

Потом по здравом размышлении я поняла, что это далеко

не худший вариант. А вдруг меня подобрал какойнибудь

любитель молоденьких пьяных девушек?Ивсю ночь развле

кался со мной, пользуясь моей беспомощностью?

Ужаснувшись, медленно приоткрыла один глаз. С вели

чайшим трудом повела головой из стороны в сторону, гото

вясь к тому, что могу увидеть все что угодно.

Хвала богинематери, я не валялась в какомто грязном

переулке, а лежала на чистом постельном белье в большой и

весьма симпатично обставленной спальне. Здесь царил при

ятный полумрак, но изза плотно закрытых штор то и дело

прорывался веселый солнечный лучик, говорящий, что на

дворе давно уже день.

Смутило меня то, что платья и туфель на мне не было. Но,

по моим ощущениям, никакого насилия надо мной не со

вершили, и это в сложившейся ситуации уже было неплохо.

Ну и еще радовало, что белье мне все же оставили.

А в следующее мгновение справа от меня раздался изму

ченный стон, и я аж подпрыгнула от неожиданности. Ой, а

это что такое? Или вернее сказать — кто?

— Голова, — просипел мой вчерашний знакомый, отки

дывая одеяло с лица. — О, боготец и богсын, как же болит

голова!

Затем он уставился на меня с таким ужасом, что мне не

вольно стало смешно. Понимаю, что в такой ситуации ско

16

рее плакать надо, но Дариан глядел на меня так, будто рядом

оказалось отвратительное чудовище, покрытое слизью.

При мысли о чудовище я мгновенно помрачнела. Както

разом вспомнились и Гровер, и Олесса, и их шуточки в мой

адрес. Сообразив, что для полноты счастья я к тому же не со

всем одета, поспешно нырнула под покрывало.

—Алекса, верно?—слабым голосом осведомился Дариан.

—Угу,—кивнула и на всякий случай уточнила.—А ты…

вы… Дариан, да?

— Ага. — Он откинул было одеяло, но тут же испуганно

икнул и натянул его обратно, поскольку тоже выяснил, что

лежит в одном нижнем белье.

Некоторое время мы молчали по разные стороны огром

ной кровати и с опаской глядели друг на друга. Почемуто в

этот момент меня интересовала лишь одна вещь: было ли

между нами чтонибудь и, если было, предохранялись ли

мы? Както не собиралась я становиться матерью в двадцать

лет и уж тем более не планировала забеременеть от первого

встречного.

Мучимая этими сомнениями, я попыталась както ощу

пать себя под одеялом. Да нет, вроде бы все в порядке.Ямог

ла поручиться, что интима у меня прошлой ночью не было.

Вряд ли после этого Дариан поволок бы меня в ванную, что

бы смыть, так сказать, следы преступления. Особенно если

учесть, в каком плачевном состоянии он сейчас находился.

—Господин Дариан!—в следующий момент в дверь веж

ливо постучали. — Позвольте войти?

— Да, Гисберт, конечно! — обрадованно воскликнул Да

риан, посветлев лицом. Затем проговорил, старательно из

бегая даже мимолетного взгляда в мою сторону: — Это мой

слуга. У него и узнаем, как мы вчера сюда попали.

Я, не особенно вдохновленная перспективой того, что о

моем позоре узнает еще и некий Гисберт, поморщилась. Но

с другой стороны—что сделано, то сделано. Самой интерес

но, как мы вчера набедокурили.Ия с любопытством устави

лась на дверь, на всякий случай подтянув одеяло повыше к

подбородку.

В спальню вошел высокий мужчина лет пятидесяти, су

хощавый, с красивой сединой в волосах и на висках. Остано

17

вился сразу у порога, одернул полы длинного черного фра

ка, какие носят дворецкие, и спокойным тоном, без малей

шей нотки неудовольствия и осуждения проговорил:

—Господин Дариан и госпожа Алекса! Прикажете подать

завтрак сюда или спуститесь в обеденный зал?

Теперь уже я испуганно икнула. Ой, а откуда это он знает

мое имя? Неужели я имела глупость вчера ему представить

ся? И сколько еще людей знают, что Алекса Гриан вчера на

пилась до такой степени, что ее потянуло на всевозможные

подвиги?

—Гисберт, стало быть, ты знаешь имя моей… эээ… зна

комой? — удивленно спросил Дариан.

— Конечно, господин, — все так же ровно проговорил

дворецкий. — Кстати, позвольте поздравить вас с женить

бой. Рад, что ваш особняк обзавелся новой хозяйкой.

Я застыла, потрясенно раззявив рот. О чем это он? Какая

женитьба? Вроде бы Дариан вчера клялся, что ни за что не

вернется к своей неверной Ами, разорвет помолвку и вооб

ще знать ее больше не захочет. Неужели под воздействием

паров алкоголя он передумал и какимто образом умудрился

с ней помириться? А я тогда где находилась в это время?

У меня было такое чувство, что мы с ним не расставались

прошлым вечером.

Если судить по круглым от изумления глазам Дариана, то

для него известие о появлении в его доме некой новой хо

зяйки тоже стало новостью.

— Новая хозяйка? — наконец издал он полустонполу

вздох умирающей мыши.

— Да, господин. — Дворецкий вежливо склонил голову,

сделал внушительную паузу и милостиво добавил, догадав

шись о причине нашего недоумения: — Я говорю о госпоже

Алексе Врейн, в девичестве — Гриан.

— Что?!

Я так и не поняла, кому принадлежал этот пораженный

вскрик — мне или Дариану. Скорее всего, нам обоим.

В комнате после этого воцарилась такая мертвая тишина,

что стало слышно, как гдето тикают часы.

— Я распоряжусь подать завтрак в обеденный зал, — об

ронил дворецкий, едва заметно улыбнувшись. Развернулся

и вышел, ничего больше не добавив.

18

Я выпростала изпод одеяла правую руку и с отчаянием

уставилась на брачную татуировку, охватившую запястье.

Изысканное кружево багровочерных линий, складываю

щихся в имя моего нового мужа, еще немного зудело. Но

прежде я не обращала на это внимания—слишком болела у

меня голова.

Дариан тоже принялся мрачно изучать свою руку. В его

татуировке можно было без труда прочитать мое имя.

— Дела, — наконец хмуро протянул он.

Я промолчала. Ну что же, по крайней мере теперь понят

но, о чем спорил Дариан со священником. Видимо, тот на

отрез отказался связывать судьбы двух вусмерть пьяных лич

ностей, логично предположив, что на следующее утро они

протрезвеют и придут в настоящий ужас от содеянного. Лю

бопытно, каким образом Дариан заставил служителя храма

изменить решение? Впрочем, деньги способны и не на такие

чудеса, а по всему видно, что мой новоявленный муж в сред

ствах не нуждается. Хотя бы в этом повезло.

— Я даже не знаю, что сказать, — протянул Дариан и за

пустил обе руки в свою шевелюру. От избытка эмоций вы

драл приличный клок волос, но, помоему, даже не заметил

этого.

Я же напряженно думала, почему мне показалась знако

мой его фамилия. Врейн. Дариан Врейн. Знакомый отца?

Даже не знаю, успокоило бы меня это или испугало бы еще

сильнее. С одной стороны, конечно, радовало, что я вышла

замуж не за бродягу из подворотни. Но с другой стороны…

Ой, даже не хотелось перечислять, какие у меня могут воз

никнуть проблемы! Отец наверняка будет в ярости, узнав

про мои похождения. А какие шуточки начнут ходить обо

мне в высшем свете Гроштера! Я, конечно, никогда не явля

лась частой посетительницей всех этих званых завтраков,

обедов и ужинов, лишь изредка составляла компанию отцу,

и то после его долгих уговоров. Но все равно. Неприятно со

знавать, что ему придется краснеть изза меня. И это непре

менно скажется на его работе и деловой репутации.

— Гриан, — вдруг вымолвил Дариан. — Алекса Гриан.

Вы, случаем, не дочь виера Грэга Гриана?

19

— Да, дочь, — неохотно подтвердила я. Помолчала не

много и осторожно осведомилась: — А вы знакомы?

—Ну, можно и так сказать,—почти не разжимая губ, об

ронил Дариан.

Я настороженно ожидала продолжения. Чтото мне не

понравилось, как это было сказано.

Дариан между тем принялся обматывать вокруг своих бе

дер одеяло, видимо, намереваясь встать. Правда, тут же по

терпел поражение, поскольку я упорно держала свой край и

не желала представать перед ним в одном белье. После не

скольких минут ожесточенной и безмолвной борьбы, во

время которой каждый тянул одеяло на себя, Дариан уныло

вздохнул и встал, решив проявить снисхождение.

— Я сейчас, — обронил он и стремительно скрылся за

дверями гардеробной.

Я с такой же стремительностью слетела с кровати и рва

нула в ванную, где быстро обнаружила искомое. Халат!

Жаль, конечно, что не платье, но тоже сойдет.

Спустя неполную минуту вышла и лицом к лицу столкну

лась с Дарианом в спальне. Тот успел надеть на себя свобод

ные домашние штаны и рубаху навыпуск.

— Думаю, что ваше платье забрала служанка, чтобы по

чистить, — немного покраснев, сообщил он.

Я почувствовала, что тоже начала краснеть. Нда, пред

ставляю, в каком ужасном состоянии была моя одежда,

если, хоть убей, не помню, как закончился вечер! Надеюсь, я

ни в какую сточную канаву не упала для полноты счастья!

— Ну, полагаю, нам было бы неплохо позавтракать, —

продолжил Дариан. Помолчал немного и добавил со слабой

усмешкой: — К тому же вы теперь полноправная хозяйка

моего дома. Надлежит обсудить, что со всем этим делать.

Одна мысль о еде вызвала у меня такой приступ тошноты,

что я едва не ринулась обратно в ванную. Дариан, если су

дить по кислому выражению его лица, тоже не испытывал

особого воодушевления от случившегося. Но он прав: мы

должны были поговорить. В самом деле, на проведенный

брачный ритуал нельзя просто взять и закрыть глаза, сделав

вид, что, если ничего не помнишь, ничего и не было. Кстати,

а наш брак вообще возможно разорвать? Вроде как разреше

20

ние на развод дается чуть ли не королем, и то в исключитель

ном порядке. Но тогда о пьяной выходке дочери Грэга Гриа

на точно станет известно всей столице! Представляю, как

повеселится его величество король Кенрик Второй. Я не

могу сказать, что мой отец частый гость при дворе. Но в та

кой маленькой стране, какой является наш Лейтон, любой

болееменее богатый человек на виду и на слуху. А мой отец

сколотил себе неплохое состояние на торговле корабельным

лесом. Выходец из низшего сословия крестьян и рабочих, он

начинал простым плотником, потом купил себе право но

сить приставку «вир», то бишь вошел в компанию весьма со

стоятельных особ. Ну а через некоторое время стал дворяни

ном, все так же при помощи золота купив разрешение коро

ля считаться виером.

Наверное, он мог бы поступить куда проще и взять в су

пруги какуюнибудь симпатичную дворянку из обедневше

го рода. Благо этого добра в нашем Гроштере навалом. Но

отец удивил многих, женившись на моей матери, Маре, ко

торая была дочерью прачки и извозчика. Из достоинств у

нее имелись лишь красота и куча родственников, бедных

как храмовые мыши.

Впрочем, история моей семьи относится к делу лишь по

столькупоскольку. Моего отца король знает. Недаром тот

является основным поставщиком леса для флота. Так что

вполне вероятно, что его величество Кенрик без особых

проблем удовлетворит мою просьбу о разводе, только отцу

придется знатно раскошелиться в пользу казны. Хотя нет,

скорее всего — в пользу казны и кармана короля. Его вели

чество любит азартные игры и слишком часто в них проиг

рывает. Ох, но как же не хочется втягивать отца в такие глу

пые и постыдные разборки! Я даже не знаю, как сказать ему,

что он был прав в истории с Гровером, а тут новый удар и из

вестие о моей свадьбе, совершенной в пьяном угаре.

Все эти мысли промелькнули в моей голове с невиданной

скоростью. Я пригорюнилась и кивнула, заметив, что Дари

ан попрежнему смотрит на меня, ожидая ответа. Беседа так

беседа. Послушаю, что скажет мой так называемый супруг.

По всей видимости, он тоже не в особом восторге от всего

произошедшего.

21

Как и обещал дворецкий по имени Гисберт, в обеденном

зале нас ожидал обильный и горячий завтрак. По дороге я

едва не свернула себе шею, с любопытством озираясь по

сторонам и изучая обстановку дома. Нда, по всему выхо

дило, что Дариан — более чем обеспеченный человек. Его

особняк поражал сдержанной роскошью. Наверное, не ис

кушенный в подобных вещах человек ни за что не обратил

бы внимания на мебель, выглядевшую совершенно обыч

ной. Но мое чутье магаартефактника, а наша братия чаще

всего как раз работает с очень старинными предметами,

буквально взвыло от восторга при виде дубовых стульев с

высокими резными спинками и огромного стола. А при

виде коллекции картин, развешанных по стенам, я едва не

впала в ступор. Интересно, что же творится в других комна

тах, если я от восхищения готова закапать слюной обеден

ный зал? Обычно все самое ценное держат в гостиной, что

бы произвести впечатление на посетителей. Ну а совсем

совсем ценное—в потайных комнатах, особым образом за

чарованных от воров.

Подумав так, я осторожно втянула в себя воздух. Ого! А я

ведь действительно чувствовала чтото очень необычное.

Чтото древнее и могущественное…

Мои размышления прервал Дариан, который любезно

отодвинул стул, помогая сесть.

Я благодарно кивнула, но тут же подпрыгнула на месте от

изумления. Потому что только сейчас заметила на его груди

серебряный медальон. На вид — самый обычный. Вот толь

ко пахло от него так, как обычно пахнет от амулетов, при

званных подавлять чужую волю.Ипочему я раньше не обра

тила на него внимания? Впрочем, о чем это я? Вчера мне

было не до сканирования окружающего пространства на на

личие рядом какихлибо магических предметов. Мой разум

утопал в алкоголе, а сердце разрывалось от боли изза несча

стной любви. А сегодня… Ооо, по пробуждении я готова

была умереть от головной боли. Потом на меня обрушилось

столько новостей, что опятьтаки стало не до разглядывания

всяких медальонов. Любопытно, откуда эта вещь у Дариана?

И знает ли он, какими свойствами она обладает? Кстати, а о

чем он говорит?

22

Я спохватилась, обнаружив, что Дариан уже достаточно

давно горячо и убежденно о чемто разглагольствует, прав

да, при этом упорно глядит куда угодно, но не на меня. Со

средоточилась—и уловила окончание его последней фразы.

— …как вы понимаете, совершенно невозможно, — ска

зал мой новоиспеченный супруг и замолчал, выжидающе

уставившись на меня.

— А? — невольно вырвалось у меня. Я покраснела и то

ропливо исправилась: — То есть вы о чем? Простите, я не

много задумалась и, боюсь, пропустила все мимо ушей.

В темнокарих глазах Дариана, сидевшего напротив,

промелькнуло явное раздражение. Однако он глубоко

вздохнул и терпеливо повторил:

— Я говорил о том, что наш брак — огромная ошибка.

Простите, виерисса Алекса, я не имею ничего против вас

или вашего отца, но вы должны прекрасно понимать, что

подобные вопросы не решаются под воздействием алкоголя.

К тому же у меня есть невеста…

— Это та, которую вы вчера застали в объятиях лучшего

друга? — невежливо перебила его я.

Реакция Дариана на это напоминание искренне изумила

меня. Он замер, удивленно вскинув брови, словно я сооб

щила ему какуюто новость, затем принялся отчаянно че

сать в затылке.

— Ах да, конечно, — наконец неуверенно проговорил

он.—Яизабыл об этом.Ноуверен, Ами обязательно мне все

объяснит! Это какоето недоразумение! Глупейшее недора

зумение! Надеюсь, я не обидел ее вчерашним проявлением

ревности!

Теперь уже мои брови поползли вверх. Ох, чтото мне все

это совершенно не нравилось. Очень, очень сильно не нра

вилось.

—Скажите, а этот медальон, случаем, не она вам подари

ла? — спросила я и ткнула пальцем в грудь Дариана.

— Да! — Он расплылся в очень глупой самодовольной

улыбке и положил правую руку поверх предмета нашего раз

говора. — Она. Правда, красивый?

Я в ответ пробормотала нечто неразборчивое, что должно

было обозначать восторг. Ох, сдается, я понимаю, почему

23

вдруг Дариан вздумал простить неверную невесту. Даже не

знаю, как поступить.Содной стороны, отец всегда учил меня

не лезть в чужие отношения. Мол, все равно виноватой оста

нешься. Но с другой… Нет, если тут замешаны чары подчине

ния, то я просто обязана вмешаться! По одной простой при

чине: вообщето это незаконно. Ну и Дариана жалко.

—А могу я посмотреть на ваш медальон поближе?—веж

ливо попросила его.

— Зачем? — невежливо ответил вопросом на вопрос Да

риан и на всякий случай крепче сжал пальцы на медальоне,

словно опасался, что я отниму у него ценную вещь.

— У отца скоро день рождения, подыскиваю ему пода

рок, — принялась я вдохновенно лгать. — Хочу посмотреть,

как медальон выглядит вблизи.

Опасение в темнокарих глазах моего собеседника не

много ослабело, но до конца не пропало. Он продолжал по

глаживать медальон, явно не решаясь даже на миг снять его

со своей шеи.

— Да ладно вам! — Я рассмеялась. — Чего вы боитесь?

Как будто схвачу вашу драгоценность и рвану с ней из дома!

— А вдруг? — фыркнул Дариан и тут же осекся, видимо,

вспомнив, что я сижу напротив него в халате и тапочках.

После этого он насупился и замолчал, продолжая дер

жать руку на груди. По всей видимости, разумом понимал,

что ведет себя глупо, но зачарованная вещь тем и страшна,

что человек, попавший под ее влияние, перестает слушать

доводы рассудка.

Я недовольно покачала головой. А делото зашло далеко!

Знать не знаю эту самую Ами, но она мне уже не нравится.

И я с огромным удовольствием поставлю в известность о ее

так называемых проказах отдел городской полиции по над

зору за незаконным использованием магии. Но сначала над

лежит освободить Дариана от влияния подчиняющих чар.

Только как это сделать? Не с кулаками ведь на него кидать

ся. Или всетаки попробовать силой сорвать злополучный

медальон, раз уж похорошему уговорить не получается?

— Желаете еще кофе?

Я вздрогнула от вопроса, столь внезапно прозвучавшего

почти у моего уха. Поразительно, насколько тихо ходит Гис

берт! Этак и заикой можно остаться!

24

Дворецкий между тем окинул невозмутимым взором стол

с легким завтраком, к которому мы так и не прикоснулись.

Подлил Дариану кофе из огромного фарфорового кофейни

ка, повернулся было ко мне…

— Кстати, Гисберт, — окликнул его Дариан, отвлекшись

на мгновение от угрюмого разглядывания моей скромной

персоны, — ты бы не мог…

Мой новоявленный супруг не успел закончить фразу.

Я самым подлым образом воспользовалась тем, что он смот

рел на слугу, и бросила в него шар парализующих чар.

Яркокрасная молния с протяжным свистом разрезала

пространство между нами и угодила бедняге прямо в середи

ну лба. Дариан смешно округлил глаза, открыл рот — и в та

ком виде ткнулся лицом в тарелку овсянки. Ну, хоть падать

мягко. Надеюсь, что каша в достаточной мере остыла.

— Однако, — сдержанно проговорил Гисберт. Прижал к

себе кофейник и с некоторой опаской попятился, когда я

вскочила со своего места. Как ни старался слуга сохранять

хладнокровие и выдержку, но его голос всетаки испуганно

дрогнул, когда он спросил у меня:—Надеюсь, вы не решили

стать состоятельной вдовой сразу после свадьбы? Учтите, в

таком случае я буду вынужден причинить вам боль, но я не

позволю…

— Не говорите глупостей! — отмахнулась, оборвав его на

полуслове. — Лучше помогите. Я должна изучить медальон

вашего хозяина!

— Не понял, — честно признался Гисберт, но все же по

ставил кофейник на стол, после чего помог мне приподнять

Дариана.

Несчастный запрокинул бледное, перемазанное кашей

лицо назад и в сторону и откинулся на спинку стула. А я

уткнулась носом в его грудь, на близком расстоянии изучая

медальон, но пока не рискуя взять его в руки. Мало ли, какие

еще чары могут быть на нем установлены.

—Прошу прощения, госпожа Алекса, что отрываю вас от

столь увлекательного занятия, но всетаки я должен потре

бовать объяснений! — непреклонным тоном заявил Гис

берт. — Что все это значит? Объясните, иначе я вынужден

буду позвать на помощь!

25

— Вашего хозяина околдовали, — обронила я, с интере

сом изучая тонкую вязь непонятных символов, обрамляю

щих портрет некой девушки, по всей видимости, той самой

загадочной и вероломной Ами. А хороша девицато! Мале

нький вздернутый носик, томные глаза глубокого синего

цвета, темнокаштановые волосы. Красавица, да и только.

И весит, наверное, меньше меня раза в два.

Я уныло вздохнула и неимоверным усилием воли отогна

ла от себя неприятное воспоминание о своем неверном же

нихе и его весьма нелицеприятных высказываниях в мой ад

рес. Как говорится, худая корова все равно ланью не станет.

Что поделать, если у меня комплекция отнюдь не хрупкой

изнеженной девицы?

—Околдовали?—Гисберт мгновенно забыл о своей про

фессиональной сдержанности и аж подпрыгнул на месте от

этого известия.

—Более чем уверена, что это сделала его невеста, так на

зываемая Ами,—продолжила я. Не глядя, сдернула со стола

салфетку и бережно обернула тканью ладонь.

После всех этих мер предосторожности я всетаки риск

нула взять медальон в руки, не снимая его с шеи Дариана,

все еще пребывающего в блаженном небытии. Ого! Металл

сразу же нагрелся до такой степени, что обжег меня даже че

рез ткань.

—Чары третьего уровня, не меньше,—задумчиво прого

ворила, торопливо разжав пальцы.

—И что это значит?—с жадным любопытством спросил

Гисберт. Но тут же опомнился, сообразив, что такое поведе

ние нарушает его образ строгого вышколенного и отстра

ненновежливого слуги, а потому кашлянул и продолжил

уже спокойнее: — Ну, то есть, надеюсь, господину Дариану

не грозит ничего дурного?

— Как известно, чары подчинения разделяются на четы

ре уровня, — терпеливо принялась я пересказывать одну из

лекций по теоретической магии. Подумала немного и не

сколько неуверенно добавила:—Как в принципе и все оста

льные. Первый уровень—самый низший. Это даже не магия

в прямом смысле слова, а некое внушение. Человек с силь

ной волей без проблем проигнорирует. Хотя, возможно,

26

если его внимание будет отвлечено на какуюто проблему,

то неосознанно выполнит то, что ему внушали, а потом сам

станет удивляться, почему так поступил. Кстати, практиче

ски вся любовная магия, я имею в виду, конечно, разрешен

ную, базируется именно на этих чарах. Второй уровень уже

серьезнее. Это не внушение, а ментальный приказ. Но

опятьтаки даже без магической защиты человек может бо

роться с этим видом заклинаний. Правда, сил на это потра

тит немало. Зато он сразу же почувствует неладное и сможет

принять ответные меры. На чары подчинения первого и вто

рого уровня закон в принципе смотрит сквозь пальцы. Но

если человек, попавший под действие чар второго уровня,

пожалуется в полицию, то у мага, наложившего это заклина

CC dumps

ние, начнутся определенные проблемы. По крайней мере

штраф в пользу пострадавшего лица он выплатит немалый.

А вот третий и четвертый уровни, вне всяких сомнений, уже

вне закона.

— Правда? — Гисберт опять забыл о своей профессиона

льной сдержанности и всплеснул руками, зачарованно слу

шая мои разглагольствования.—Ичем же эти чары опасны?

— Их практически невозможно заметить неспециали

сту, — послушно ответила я. — И сам бедолага, попавший

под их воздействие, понятное дело, ни за что не заподозрит

неладное и не обратится за помощью. Он будет вести себя

так, как захочет неведомый кукловод. Вот смотрите: Дариан

вчера обнаружил невесту в объятиях лучшего друга. Всплеск

злости и адреналина помог ему на некоторое время выйти из

подчинения. Кстати, надо бы вашего господина проверить

на магические способности. Полагаю, они у него имеются,

просто дремлют. Затем он напился, а алкоголь тем и знаме

нит, что магия на пьяного человека практически не действу

ет. Зато утром, проснувшись и протрезвев, Дариан готов был

не просто простить неверную красотку, он вообще забыл о

вчерашнем происшествии. Более чем уверена, что без чар

подчинения тут не обошлось.

—Вот ведь гадина эта Амикша!—с неожиданной ненави

стью выкрикнул Гисберт. Я вздрогнула, поскольку не ожи

дала подобного проявления экспрессии от внешне спокой

ного дворецкого, и тот, слегка смутившись, пояснил: —

27

Простите, госпожа Алекса. Я не должен обсуждать любов

ные дела хозяина, но, признаюсь честно, эта связь с самого

начала меня удивляла. И теперь я понимаю, почему госпо

дин Дариан прощал своей невесте такие дикие выходки.

— Я не знакома с этой Амикшей, но она мне заранее не

нравится,—пробормотав это, выпрямилась, наконецто пе

рестала изучать злополучный медальон и задумчиво потерла

подбородок. — Чары третьего уровня — это не шутка. Ма

лейшая оплошность при их создании — и последствия для

Дариана были бы весьма печальны.

—Чем же?—спросил Гисберт, по всей видимости, дейст

вительно заинтересовавшийся этой темой.

— Грань между третьим и четвертым уровнем слишком

тонка.—Я пожала плечами.—Чуть больше усердия при со

здании медальона — и разум Дариана оказался бы выжжен.

Он бы превратился даже не в раба, поскольку те сохраняют

рассудок, волю и эмоции. Нет, он стал бы вещью. Марио

неткой, у которой нет никаких других желаний, кроме жела

ния угодить своему кукловоду.

— Жуть какая! — ужаснулся Гисберт и с искренним со

страданием посмотрел на бесчувственного Дариана.

По всей видимости, ему снилось нечто приятное. На это

указывала улыбка, играющая на его губах. И неожиданно

мне стало очень досадно. Поди, свою ненаглядную Ами ви

дит во сне.

—Да, ничего хорошего в этом нет,—согласилась я с дво

рецким, продолжая тереть свой несчастный подбородок.

— Но вы ему поможете? — требовательно спросил Гис

берт.

Наверное, правильнее было бы отказаться. Сказать, что я

лишь пару месяцев как закончила академию и чары подчи

нения никогда не были моей основной специализацией,

хотя, безусловно, они имеют отношение к артефактной ма

гии. А все потому, что всевозможные маги очень любят завя

зывать эти заклинания на медальоны и талисманы. Потом я

бы отправила Гисберта в полицию, оттуда быстро прислали

бы нужного человека — и проблема оказалась бы решена.

Заодно и Ами взяли бы под стражу, после чего сурово допро

сили бы и выяснили, кто именно помог ей в противозакон

28

ном деле. В самом деле, вряд ли сама Ами зачаровывала этот

злополучный медальон.

Но неожиданно мне очень захотелось выступить в роли

спасительницы Дариана. А что, какникак он мой супруг. Да

и в полиции служат обычные люди, то бишь без сплетен вряд

ли обойдется. Если я помогу Дариану в столь деликатном

деле и сделаю все, чтобы подробности не стали известны

широкой общественности, он наверняка проникнется ко

мне благодарностью. И мы сумеем решить нашу проблему с

внезапным браком так, чтобы никто не был обижен.

Решено! И я кивнула, ответив тем самым на свои мысли.

Я сама спасу Дариана от воздействия чар подчинения! Не

думаю, что это будет слишком сложно.

—Я спасу его,—проговорила, стараясь, чтобы мой голос

звучал со скромным достоинством.

— Спасибо! — Гисберт немедленно засиял самой счаст

ливой из всех возможных улыбок.—Спасибо вам огромное,

госпожа Алекса! Я верил, что вы не оставите моего хозяина в

беде, хотя его отношения с вашим отцом, мягко говоря,

оставляют желать лучшего.

В этот момент я уже протянула руку к медальону Дариа

на, но, услышав окончание фразы дворецкого, так и замер

ла. О чем это он? Дариан и мой отец враждуют? Да ну, бред

какойто! Я прежде ни разу не слышала из уст отца упомина

ний о некоем Дариане Врейне. Если бы они на самом деле

были заклятыми врагами, то…

На этом месте я осеклась. А ведь я лукавила. Фамилия

моего супруга недаром показалась мне знакомой. Что, если

отец мельком упоминал ее? Говоря откровенно, он старался

не посвящать меня в свои дела и проблемы. Но, вполне воз

можно, однажды я краем уха уловила отрывок какогони

будь его разговора или жалобы.

Демоны! Я с досадой потрясла головой, отгоняя рой

взволнованных мыслей. И что делать? Бросить Дариана на

произвол судьбы лишь потому, что он, вероятно, является

конкурентом нашей семьи по продаже корабельного леса?

Вряд ли у моего отца есть неприятели в другой области жиз

ни, помоему, после смерти моей матери он живет лишь ра

ботой.

29

«Полиция,—негромко шепнул внутренний голос.—Ко

ролевские магидознаватели, работающие на благо государ

ства, без проблем спасут Дариана. Иначе за что им жалова

нье платят?»

Да, но я уже примерила на свою голову нимб спаситель

ницы, уже представила, как Дариан будет рассыпаться в бла

годарностях. И потом, как ни крути, но он мой супруг. И с

этой проблемой тоже надлежит разобраться в кратчайшие

сроки.

Наверное, стоило бы как следует расспросить Гисберта о

взаимоотношениях моего отца и новоявленного супруга. Но

я решила не тратить время зря. Ладно, сначала спасу моего

так называемого мужа, а потом буду думать думу тяжкую.

Тем более что действие моего заклятия уже истекает.

И я смело взяла медальон, на сей раз даже не обмотав

руку тряпкой. Правда, мою кожу холодили охранные чары.

Я честно полагала, что этого будет достаточно. Как оказа

лось — зря.

Было такое чувство, будто я окунула руку в жидкий огонь.

Хотелось в полный голос закричать от боли, но в этот мо

мент я увидела, с какой надеждой и верой на меня смотрит

Гисберт. Да я скорее откушу себе язык, чем предстану перед

ним глупой неумехой, которая бахвалится своим даром!

С губ уже рвалось нейтрализующее заклинание, когда

Дариан вдруг глухо застонал. Богпасынок, а ведь ему тоже,

наверное, несладко приходится! Кто бы ни создал эти чары,

он хотел, чтобы все это осталось в секрете. Скорее всего, ме

дальон убьет Дариана, но не позволит мне расколдовать его.

Правда, оставался еще один выход. И я, холодея от ужаса

и собственной дерзости, преодолевая боль, крепче стиснула

пальцы на проклятой вещи. Тоненько звякнув, разорвалась

цепочка. И в следующий миг медальон вспыхнул и кудато

полетел.

Правда, от этого боль, стиснувшая мою левую кисть, ни

сколько не уменьшилась. Напротив, она возросла вдвое,

втрое, да что там мелочиться — в сотни раз! Не выдержав, я

замычала сквозь зубы. И с перепугу запустила по медальону

атакующими чарами. Выучила когдато на спор, познако

мившись с одним милым боевым магомвыпускником.

30

Правда, наши отношения не сложились, поскольку почти

сразу после этого я, на свою беду, повстречала Гровера.

Полыхнуло и громыхнуло так, что Гисберт испуганно и

совсем поженски взвизгнул и рухнул плашмя на пол, както

мигом забыв про профессиональную выдержку. Да что

там — я тоже готова была заорать в полный голос, потому

как боль в левой руке стала буквально невыносимой. Насто

лько невыносимой, что спазм перехватил горло и тем самым

спас меня от позора. Хорошо хоть Дариан больше не стонал,

а вновь блаженно улыбался.

И вдруг все закончилось. Боль схлынула так неожидан

но, что я застонала от блаженства. Несколько раз сжала и

разжала пальцы на многострадальной руке, затем осмели

лась внимательно ее осмотреть на предмет возможных по

вреждений.

Мне казалось, что я увижу вместо ладони обугленную го

ловешку, нечто, весьма отдаленно напоминающее руку. Но

на первый взгляд все было не столь ужасно. Рука как рука.

Правда, почти не слушалась моих мысленных приказов.

Я при всем желании никак не могла сжать кулак. Пальцы

едва шевелились, но не сгибались полностью. Удручающее

зрелище!

—Все закончилось?—в этот момент слабым голосом ос

ведомился Гисберт и приподнял голову, готовясь в любой

момент вновь вжаться в пол.

—Да,—хмуро ответила я, безуспешно пытаясь заставить

свои пальцы хоть немного повиноваться мысленным прика

зам.

— Ой, как здорово! — Гисберт шустро вскочил на ноги и

вдруг согнулся передо мной в глубоком поклоне.

Я мгновенно смутилась и даже забыла о почти не дейст

вующей левой руке. Приятното как!

— Да ладно, не стоит благодарностей, — польщенно за

бормотала, чувствуя, как краска приятного стеснения зали

вает не только мои щеки, но и грудь.

— Вы наша спасительница! — патетически провозгласил

Гисберт и припал к моей руке с поцелуем. — Как я рад, что

господин вчера напился до демонят в глазах и взял вас в

жены!

31

Я промолчала, не зная, как отреагировать на столь дву

смысленное признание моих талантов. Не поймешь, то ли

меня похвалили, то ли поругали.

— Както я себя странно чувствую, — слабым голосом

проговорил в этот момент Дариан, все еще не открывая глаз,

и я мгновенно отбросила все постороннее прочь.

Я сама не заметила, как положила свою правую ладонь,

не подвергшуюся воздействию чар, на лоб своего супруга.

Дариан негромко вздохнул, и мне было приятно думать, что

от удовольствия. Его длинные пушистые ресницы дрогнули,

и он открыл глаза.

Я ожидала, что он вздрогнет от неожиданности и какни

будь неловко пошутит, обнаружив, кто именно находится

перед ним. В конце концов, кто я ему?Мызнакомы меньше

суток, правда, уже умудрились связать свои судьбы перед

ликом богов.

— Алекса, верно? — негромко спросил у меня Дариан.

Внезапно перехватил мою руку, которую я все еще прижи

мала к его лбу, и поцеловал ее.

Я немедленно смутилась и постаралась высвободить ла

донь. Спрашивается, и чего вдруг он так растрогался? Не

люблю всякие телячьи нежности! И особенно, если они ис

ходят от почти незнакомых личностей.

— Хозяин! — в этот момент громогласно провозгласил

Гисберт. — Господин Дариан, ваша супруга… Она спасла

вас! Вы не представляете, в какой беде находились.

— Правда? — удивленно переспросил Дариан. В глубине

его темнокарих глаз загорелись лукавые и очень приятные

огоньки.

А вот мне почемуто становилось все хуже и хуже. Каза

лось бы, я должна была пожинать плоды собственного под

вига и купаться в лучах славы, но нет. Перед глазами все

опасно потемнело, левая рука, пострадавшая при снятии за

клятия, опять налилась огнем.

—Простите,—пробормотала, чувствуя, как к горлу подка

тывает ком тошноты с мерзким горьким привкусом желчи.

И самым постыдным образом отключилась.

Правда, перед тем, как свет окончательно померк в моих

глазах, мне показалось, что Дариан мягко принял меня в

свои объятия. Если честно, это было очень приятно.


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Back to top