Развитие демократических основ любого современного высокоразвитого государства подразумевает обеспечение основных общечеловеческих ценностей, прежде всего, в информационной сфере.

Основным толчком развития информационного общества в нашей стране стала Окинавская Хартия глобального информационного общества, которая была подписана 22 июля 2000 года лидерами стран «Большой восьмерки». Общепризнано, что «Информационно-коммуникационные технологии являются одним из наиболее важных факторов, влияющих на формирование общества двадцать первого века»[1].

Национальные интересы Российской Федерации в этой сфере сформулированы в утвержденной Президентом Российской Федерации 9 сентября 2000 года «Доктрине информационной безопасности Российской Федерации»[2]. Следует выделить: соблюдение конституционных прав и свобод человека и гражданина в области получения информации и пользования ею; обеспечение накопления, сохранности и эффективного использования отечественных информационных ресурсов; укрепление культурного и научного потенциала страны; обеспечение доступа граждан к открытым государственным информационным ресурсам и т.д.

Несмотря на позитивное в целом воздействие Доктрины на развитие российского общества и прямое указание на необходимость «совершенствования нормативной правовой базы обеспечения информационной безопасности Российской Федерации, включая механизмы реализации прав граждан на получение информации и доступ к ней, формы и способы реализации правовых норм, касающихся взаимодействия государства со средствами массовой информации», противоречивость и неразвитость правового регулирования общественных отношений в информационной сфере по-прежнему сохраняется. В значительной степени это связано со слабой разработанностью теоретических аспектов информации как объекта правоотношений.

В теории информационного права уже сложилось достаточно четкое представление об информационном обществе: « …это такое общество, в котором реализуются функции информирования и другие формы применения инфокоммуникационных технологий в процессе обеспечения всех потребителей этого социального ресурса в целях создания условий для реализации их прав и интересов в соответствии с базовым принципом – «информация для всех» при учете условий информационной безопасности общества, государства и человека»[3].

Актуальность и своевременность разработки методологии систематизации и кодирования информации в сфере информационного права, определена в распоряжении Правительства РФ от 10.05.2014 № 793-р[4]. Совершенно справедливо в данном распоряжении отражены проблемы, нерешенность которых приводит к негативным последствиям:

- противоречивость и утрата актуальности сведений об объектах и субъектах правоотношений в различных информационных ресурсах;

- избыточность процедур, связанных с необходимостью повторного и многократного ввода одних и тех же сведений в информационные ресурсы;

- значительные затруднения, связанные с однозначной идентификацией объектов и субъектов правоотношений при взаимодействии физических и юридических лиц с органами государственной власти, а также между органами государственной власти;

- затруднения автоматизации, структурирования и оптимизации управления информацией в соответствующих социально-экономических сферах, в том числе для целей общественного контроля и деятельности контрольно-надзорных органов;

- существенное удорожание ведения и подержания в актуальном состоянии различных информационных ресурсов, а также обслуживание соответствующих государственных информационных систем.

Однако истоки возникновения проблемы создания и ведения информационных ресурсов имеют более глубокие причины. Так, вышеуказанным Правительственным распоряжением, утверждающим «Концепцию методологии систематизации и кодирования информации, а также совершенствования и актуализации общероссийских классификаторов, реестров и информационных ресурсов», в п. 4 рекомендовано «органам государственной власти субъектов Российской Федерации и органам местного самоуправления руководствоваться положениями Концепции, утвержденной настоящим распоряжением, при решении задач в сфере систематизации и кодирования информации, а также совершенствования и актуализации информационных ресурсов".

Одновременно с этим в концептуальном плане разработчиками этого распоряжения была упущена процедура выделения в данном документе «информации» об объектах и субъектах (определение «базовых государственных информационных ресурсов») в объект правоотношений.

В настоящее время в действительности требуется гармонизация развития нормативных правовых актов в области информационного права, закрепляющие понятийный аппарат.

Среди основных недостатков современного законодательства в информационной сфере можно выделить следующие:

- англоязычные заимствования;

- снижение профессионализма;

- «перенос» разговорного русского языка в официальные документы;

- практическая утрата применения стандартов, разработанных еще в эпоху бывшего СССР, при попытке использования зарубежных стандартов, перевод которых далеко не всегда осуществлялся квалифицированными специалистами.

С внедрением информационных технологий, опережающих правовое регулирование, в обществе происходит трансформация мировоззрения широких слоев населения, когда понятие книга замещается понятием «информация», библиотека – «информационными ресурсами», музей – «виртуальной реальностью», лекции и семинары – «вэбинарами», выставки - «3-D инсталяциями» и т.д. Актуальность проблем исследования понятийного аппарата, используемого в информационной сфере была подтверждена в ходе обсуждения этой темы на Международной научно–практической конференцией «Понятийный аппарат информационного права», проведенной Институтом государства и права РАН совместно с Российской государственной библиотекой 19-20 февраля 2015 г[5]

Ключевым понятием для информационного общества является понятие информации. Дословный перевод с латинского языка слова Informatio на русский означает разъяс­нение, изложение, осведомление и как тер­мин обыденного языка относится к познавательно-коммуникативной сфере человеческой деятельности. Общепринято считать, что информация означает совокупность сведений о каких-ли­бо событиях или фактах. Основные исторические этапы ин­формационной эволюции общества обу­словлены появлением различных носите­лей информации и способов обмена между людьми, а именно: письменность, книго­печатание, компьютеры. В наше время понятие информация ассоциируется с компьютера­ми, рекламой, издательской деятельно­стью, средствами массо­вой информации, телевидением, телекоммуникациями. Считается, что в науку это понятие было введено Р. Хартли и К. Шенноном для обозначения меры количест­венного измерения сведений, распро­страняемых по техническим каналам связи безотносительно к со­держанию этих сведений. Указанные сведения из-за ограниченных возможностей самого человека в фик­сации и передаче устной речи, информация преобра­зуются сначала в форму знакового или языкового сообщения, а за­тем передатчиком в форму сигнала, удоб­ную для передачи по техническим ка­налам связи, что пред­полагает операцию кодирования с после­дующим декодированием на стороне приемника[6].

Социальными характеристиками раз­вития информационного общества являются информированность различных его социальных групп, доступ­ность информации, эффективность рабо­ты служб массовой информации и их воз­можности обратной связи, уровень обра­зования, интеллектуальные возможности общества, прежде всего, в информацион­ном производстве.

Как показывает исследование, чаще всего отмечается неэффективность способов защиты прав на информацию. В этом утверждении (по мнению автора) подразумевается использование интернет-технологий и современных средств вычислительной техники, но ссылки на использование этих технологий не приводится. Такое обобщение не совсем корректно, так как до наступления эпохи Гутенберга рукописное копирование текстов было очень дорогим и трудоемким процессом, да и в настоящее время книгопечатание также является достаточно затратным занятием. Проблема охраны авторских прав и прав интеллектуальной собственности при использовании интернет-технологий и вычислительной техники действительно существует. На решение этой проблемы направлен Федеральный закон от 24 ноября 2014г. №364-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "Об информации, информационных технологиях и о защите информации" и Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации"[7]. Федеральным законом «О защите информации» с 1 мая 2015 года введена в действие статья 15, которая определяет порядок использования информационно-телекоммуникационных сетей, доступ к которым не ограничен определенным кругом лиц, а также
порядок ограничения доступа к информации, распространяемой с нарушением авторских и (или) смежных прав.

Следует заметить необходимость более четкого разграничения понятий информации и знаний. Достаточно часто в литературе встречается тождество «информация - это знания». Так, в базе данных Международного союза электросвязи (МСЭ) термин информация определяется как «сведения или знания, которые могут быть представлены в виде, удобном для связи, хранения или обработки (примечание – информация может быть представлена, например, с помощью знаков, символов, изображения или звуков)»[8]. С правовой точки зрения информация носит объективный характер, а знание, сообщение или сведения субъективный. Сбор, обработка, хранение информационных ресурсов и организация доступа к ним для целей обучения с использованием сети Интернет является нетривиальной задачей, несмотря на кажущуюся простоту.

Тем не менее, термин информационные ресурсы вошел в употребление не только в обыденной жизни, но и достаточно широко используется в нормативных правовых актах. Особенно это актуально при рассмотрении вопросов режимов доступа к информации и информационным ресурсам. Стратегия современной правовой науки ориентирована на удовлетворение интересов широкого круга лиц в информации, обеспечении открытости информации и простоты доступа к ней, что влечет за собой повышение качества и уровня жизни.

В одной из первых в СССР работ, посвященной информационным ресурсам Г.Р.Громов отмечает:

«Совокупность полезных ископаемых, заключенных в недрах страны (руда, уголь, нефть, газ и т. д.), определяется как национальные минеральные ресурсы. Известны так называемые возобновляемые ресурсы: энергия рек и Солнца, лесные массивы, сельскохозяйственные угодья и т.п. Экономический вес этих ресурсов в общем национальном богатстве страны понятен и не нуждается в пояснениях. Но какой реальный смысл можно вкладывать в понятие информационные ресурсы? Ресурсы, как мы обычно понимаем,— это нечто такое, на что можно рассчитывать в материальном отношении: то, что нас «греет, кормит, одевает», а не бесплотные информационные

образы» [9].

Исследуя состояние мировой экономики в конце ХХ, и прежде всего, влияние интеллектуальной деятельности на развитие экономики Г.Р. Громов обратил внимание на динамику расходов на фундаментальные исследования, научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы (НИОКР) по отношению к стоимости валового национального продукта (ВНП) в ведущих капиталистических странах. Он выявил зависимость роста ВНП от способов накопления информации и ее использования. Рассматривая проблемы необходимости сокращения сроков на НИОКР Г.Р.Громов так сформулировал понятие информационных ресурсов:

«….это непосредственный продукт интеллектуальной деятельности наиболее квалифицированной и творчески активной части трудоспособного населения страны. …. В сложившихся к началу 80-х годов социально-экономических условиях относительная ценность информационных ресурсов по отношению ко всем остальным национальным ресурсам имеет отчетливо выраженную тенденцию к возрастанию».

В понятийный международный оборот информационные ресурсы вошли, прежде всего, как экономическая категория, которые характеризуется:

- экспортом наукоемких изделий, выпускаемых промышленностью по результатам НИОКР;

- экспортом результатов НИОКР в виде патентов, лицензий и т. д.;

- продажей технологии в области организации и управления производством.

На законодательном уровне понятие информационных ресурсов было закреплено в утратившем в настоящее время силу Федеральным законом «Об информации, информатизации и защите информации" от 20 февраля 1995 г. № 24-ФЗ[10]:

«информационные ресурсы — отдельные документы и отдельные массивы документов, документы и массивы документов в информационных системах (библиотеках, архивах, фондах, банках данных, других информационных системах)».

Представляется, что понятие информационных ресурсов необходимо рассматривать в более широком смысле. Несмотря на сосредоточение внимания на проблемах информационных ресурсов, возникших благодаря появлению вычислительной техники, различного рода системного и прикладного обеспечения, информационные ресурсы стали всеобъемлющей категорией. При этом определение количественной и качественной оценки информационных ресурсов до сих пор остается не только практической, но и теоретической проблемой. Сбор, накопление и распространение информации стала не столько целью, сколько условием существования современного общества.

Тем не менее, по мнению автора, представляется необходимым выделить классификационные признаки свойств информационных ресурсов:

- область человеческой деятельности;

- способ создания, производства, хранения и распространения;

- способ владения (государственная, государственно-частная или личная собственность);

- реальный (потенциальный) охват интересов населения в целом и различных социальных (профессиональных) групп;

- территориальный охват (федеральный, региональный и муниципальный уровень);

- стоимость создания, производства, хранения и распространения (выраженная в денежном эквиваленте и/или культурном, морально-нравственном и духовном содержании);

- эффективность;

- степень формализации (записка, документ, статья, книга, библиотека и т.д.).

Таким образом, можно сформулировать основные требования к свойствам информационных ресурсов, которые должны быть обеспечены с точки зрения информационной безопасности:

- достоверность;

- актуальность;

- своевременность;

- доступность;

- целостность.

Для информационного права важным является определение информационных ресурсов в качестве предмета правовых отношений, а объектом правового регулирования являются отношения между субъектами связанными с использованием этих ресурсов. При этом, И.Л.Бачило справедливо различает характер предмета отношений в зависимости от предоставления доступа к информационными ресурсами в статической или динамической форме[11].

Стоит заметить, что информационные ресурсы это не только текст, фотография или видео-изображение, которое мы наблюдаем на экране персонального компьютера. По мнению автора, информационные ресурсы это не отдельный файл (например, в формате «.doc» или «.pdf» и т.д.), а комплекс программно-технических средств, с помощью которых производится визуализация. Например, если пользователь получил доступ к «электронной библиотеке» в сети Интернет со своего домашнего компьютера, то для того, что бы он мог прочитать «электронную книгу» его компьютер должен иметь соответствующую систему команд процессора, операционную систему, прикладное программное обеспечение для визуализации набора байтов, которые были получены по сети Интернет из этой библиотеки и т.д. Основная причина разногласий по приведенному утверждению автора, заключается в том, что большинство людей воспринимают компьютерную информацию как файл, сформированный прикладным программным обеспечением в виде двоичного кода на накопителе на магнитном носителе («флеш»-памяти). Другими словами, следует различать информационные ресурсы в общефилософском смысле и информационные ресурсы в вычислительных сетях.

Анализируя проблемы правового регулирования «библиотечного дела», автором был сделан вывод о тесной связи норм права по доступу к научно-техническим информационным ресурсам с технической составляющей «электронных библиотек» – необходимости разработки технических стандартов[12]. Аналогичный тезис можно распространить и на «электронные средства массовой информации».

Таким образом, дальнейшая классификация информационных ресурсов применительно к ИКТ может осуществляться по принципу организации работы системы управления базами данных (СУБД), файлового хранилища, способа визуализации информации пользователя и т.д.

Юридическая особенность правоотношений между их участниками заключается в специфическом способе реализации прав и обязанностей лиц - пользователей сети. Часто в юридической литературе встречается утверждение, что правовая ответственность возникает только при обмене юридически значимыми сообщениями между пользователями. Однако при этом считается, что сеть Интернет и т.д. работает идеально. Поэтому ответственность:

- программистов, которые создают прикладное программное обеспечение для пользователей;

- производителей микросхем и вычислительной техники для реализации вычислительных функции;

- системных интеграторов, создающих для операторов связи центры обработки данных или порталы;

- операторов связи, предоставляющих соответствующие услуги

сводится к обыкновенным правовым действиям купли-продажи и дополнительного регулирования не требует. В настоящее время одной из основных проблем для широкого круга пользователей сети Интернет является проблема защиты информации, даже если она не содержит сведений гостайны. Как правило, средства негласного доступа к информационным ресурсам потенциального пользователя со стороны злоумышленника закладываются еще на этапе создания ИКТ. Это так называемые закладки, которые могут быть выполнены в виде программно-аппаратных решений бытовой компьютерной техники. Широко известны случаи, когда даже ведущие мировые компании («Microsof», IBM, Cisco, НТС и т.д.) использовали так называемые «недекларируемые возможности» своих продуктов для отключения компьютеров или несанкционированного доступа к информационным ресурсам пользователя. Более, того современная практика обновления программного обеспечения с использование сети Интернет не позволяет отдельным пользователям проследить - какое конкретно так называемое версионное обновление программного обеспечения «закачивается» на компьютер пользователю и какие функции оно выполняет.

Сложность урегулирования вопросов ответственности возникают при противодействии распространению противоправной информации в Интернете, когда анонимность и неконтролируемый трансграничный обмен информацией провоцируют совершение противоправных действий. Так в соответствии с российским законодательством государство имеет право блокировать работу сайтов или отдельных web-страниц, но если они зарегистрированы и физически находятся на территории страны. Распространение вредоносной информации в глобальных информационно-телекоммуникационных системах, а также другие правонарушения в этой сфере, признаваемые таковыми в одном или группе государств, в других государствах могут не рассматриваться как противоправные.

Не менее важным при рассмотрении проблем нарушений прав доступа к информационным ресурсам является их защита в сети Интернет. При этом особую актуальность для определения правонарушений в этой области является классификация угроз уничтожения или нежелательной модификации данных, связанных с функционированием ИКТ:

- сбои оборудования (систем передачи и коммутации, электропитания, технического обслуживания и администрирования, серверных хранилищ данных);

- потери информации из-за некорректной работы программного обеспечения (ошибки и/или заражение вирусами);

- несанкционированное копирование, уничтожение или подделка информации;

- ознакомление с конфиденциальной информацией посторонних лиц;

- потери информации, связанные с неправильным хранением архивных данных.

- ошибки обслуживающего персонала и пользователей (случайное уничтожение и/или изменение данных, некорректное использование программного и аппаратного обеспечения).

Целью приведенной классификации является не столько ее констатация (перечень угроз может быть существенно расширен), сколько обращение внимания на необходимость исследования вопросов правового регулирования режимов доступа к информационным ресурсам с одновременным учетом программно-технической реализации ИКТ.

[1] См.: Дипломат. вестник. 2000. № 8.

[2] «Российская газета». 2000. 28 сентября. № 187.

[3] И.Л.Бачило. «Современные задачи информационного права». Право на доступ к информации: возможности и ограничения в электронной среде. Сборник материалов международной научно-практической конференции. Серия «Электронное законодательство» Выпуск 2. 2012. Санкт-Петербург ФГБУ «Президентская библиотека имени Б. Н. Ельцина». С.42.

[4] Распоряжение Правительства РФ от 10.05.2014 N 793-р «Об утверждении Концепции методологии систематизации и кодирования информации, а также совершенствования и актуализации...», Сайт: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_162984/© КонсультантПлюс, 1992-2014.

[5] И.Л.Бачило «О терминах и понятиях в прав». Сайт ИГП РАН http://www.igpran.ru/articles/3672/

[6] «Современный философский словарь. Под редакцией д.ф.н. профессора В.Е.Кемерова. М.: "ПАНПРИНТ, 1998. C.86.

[7] См. "Официальном интернет-портал правовой информации" (www.pravo.gov.ru) 25 ноября 2014 г.

[8]Официальный сайт Международного Союза Электросвязи: http://www.itu.int/ITU-R/asp/terminology-definition.

[9] Г.Р.Громов «Национальные информационные ресурсы: проблемы промышленной эксплуатации». Москва, Наука, 1984

[10] Собрание законодательства Российской Федерации от 20 февраля 1995 г. № 8 ст. 609.

[11] И.Л.Бачило «Проблемы теории информационного права. О понимании условий информационного развития правовых проблем в этой области». Сайт: aselibrary.ru›datadocs/doc_410be.pdf

[12] С.И.Бочков. "Проблемы регулирования правоотношений "сетевой журналистики" в научной сфере". Электронное сетевое издание «Социальная инноватика», 16.02.2015г. Сайт: http://www.np-nic.ru/publikatsii/pravo/91

Права на фотографию принадлежат (c) Anna Schrenk


  • Комментарии
Загрузка комментариев...