Роман создан в стиле фантастического реализма и относится к такому довольно редкому жанру современной фантастики, как апокалипсис. Мы привыкли, что обычно некая катастрофа происходит в самом начале произведения, а затем описываются последствия. Автор же «Кодекса Прехистората» погружает читателя в мир, стоящий на пороге зловещих потрясений, но еще не перешагнувший роковую черту. С первых страниц, несмотря на легкое повествование и красочные описания героев и мира, создается атмосфера надвигающегося бедствия. До последних страниц книги судьба мира колеблется на волоске и не ясно, чем закончится история. Как и почему происходит коллапс цивилизации? Можно ли предотвратить трагедию? Вместе с главным героем читатель пройдет путь от среднестатистического питерского менеджера до ключевого персонажа большой игры, ставки в которой — жизни миллиардов людей. Нас ждут знакомства, путешествия, приключения, факты и допущения на грани сумасшествия, однако вписанные в течение повседневной обыденности и от этого особенно интригующие. 

 

 
Стенли И.
Кодекс Прехистората. Суховей: Фантастический роман / Рис. на переплете В.Федорова — М.:«Издательство АЛЬФА-КНИГА», 2018. — 282 с.:ил. — (Фантастический боевик).
7Бц Формат 84х108/32 Тираж 3 000 экз. 
ISBN 978-5-9922-2650-8

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 


Глава 1

ВЗГЛЯД НА ЗАЛИВ

Утро понедельника—это момент, когда чары развеива!

ются: нужно опять встать в строй и вращаться в сложном

механизме цивилизации двадцать первого века. Кем бы ты

ни был, как бы отвязно ни провел предыдущие два дня и

три ночи, сегодня ты нужен Системе, так что встань и иди.

Система зовет, и ни один полноценный член социума не в

силах ей перечить. Звучит зловеще, но именно Зов зачас!

тую толкает на странные до безумия поступки — впрочем,

как и неподчинение может обернуться неожиданными по!

следствиями.

Сегодняшнее же утро понедельника—это мое частное и

неприкосновенное утро. Захочу — перевернусь на другой

бок, и поминай как звали. Или встану неспешно, выйду на

кухню, где в косых утренних лучах летают пылинки, заварю

чаю, сделаю вкуснейший бутерброд на подрумяненном

хлебе и позавтракаю на лоджии, откуда открывается вид на

Финский залив, то синий и безмятежный, то покрытый

кое!где мелкими барашками. И стану разглядывать сную!

щие вдалеке суда, и пить чай, и размышлять хоть до беско!

нечности.

Могу себе позволить—ведь сегодня я де!факто стал без!

работным.

Конечно, необходимо забрать документы, сдать про!

пуск, но все это не более чем формальность. Почти пять

лет, включая стажировку, я отработал на инвестиционного

8

монстра «Западный горизонт» — компанию, ворочающую

активами и фондами по всему миру. На выходе я получил

бонусы и превосходные отзывы. Соответствующая запись в

резюме и контакты рекомендателя — это пропуск практи!

чески в любую фирму. Но, попав в «Горизонт» прямо со

студенческой скамьи, будучи взращенным там как специа!

лист, сейчас я чувствовал себя слепым котенком.

«Ты слишком рано сходишь с поезда: из него нужно вы!

прыгивать с «золотым парашютом», — вспомнилась шутка

моего шефа Дубского, патологического оптимиста лет за

сорок, с которым у нас сложились приятельские отноше!

ния. Тот был абсолютно прав, но я устал или просто поте!

рял запал, взяв высоту, о которой не мечтал.

Апофеозом карьеры стало получение грандиозного по

моим меркам бонуса за удачное вложение в акции разви!

вающегося регионального ритейлера, которое по итогам

года принесло баснословную прибыль. А началось все с

одного!единственного параграфа в аналитическом отчете

отдела — параграфа моего авторства. Когда в очередной

раз сверхурочил, собирая данные в кучу, я, конечно, ни о

чем таком и не думал: просто изложил собственное виде!

ние и отправил на почту шефа. А года через полтора депар!

тамент премировали—поголовно. Нам с начальником до!

стались куски покрупнее плюс лавровые венцы. Однако

уже через месяц восторг схлынул, а через два стало попро!

сту скучно. И даже маячившее на горизонте повышение

перестало вдохновлять. Мог ли я, среднестатистический

выпускник с дипломом защитника информации, метить

на место аналитика и риск!менеджера в крупном инвести!

ционном холдинге с участием иностранного капитала?

Нет, но верно говорят: «Что имеем—не храним...» Только

плакать я не собирался — и ничтоже сумняшеся написал

заявление с просьбой об увольнении. Рассмотрев заявле!

ние, шеф покрутил пальцем у виска, выдал ту самую шутку

9

про «парашют» и отправил меня в отпуск с перспективой

на отрезвление ума.

Последовавшие за тем недели были полны, как поется в

песне, «нездешних грез и едкого тумана». Сначала я просто

отсыпался и морально разлагался перед телевизором, за

компьютерными играми и в социальных сетях. Питался

исключительно полуфабрикатами и тем, что привозили уг!

рюмые доставщики пиццы. Спал днем, а ночью пассивно

бдел.

Дальше наступила фаза просветления: я вставал рано и

выбирался на пробежки по песчаным тропинкам вдоль за!

лива. Стал питаться по!человечески. Покупал продукты и

готовил дома, а в ресторанах выпендривался и заказывал

только натуральные и низкокалорийные блюда. Стоит

признаться, что за время сидячей работы и безнравствен!

ного начала отпуска я несколько заплыл жирком, и при

моем худощавом телосложении выглядело это не очень

красиво. Вобщем, я привел себя в порядок и вышел в свет,

восстановив остывшие контакты, коих за десять лет жизни

в Северной столице у меня набралось не так много. Да и от

этих встреч я не получил особого удовлетворения: мало что

связывало меня теперь со старыми знакомыми. С послед!

ней же дамой сердца, так получилось, я расстался незадол!

го до увольнения.

Сегодня отпуск закончился, а с ним и повинность в виде

обязательной предувольнительной отработки. Имей я кры!

лья, они бы точно уже зудели в предвкушении полета. Ни!

когда еще я не был настолько свободен и независим. Нуж!

но лишь передать дела новому счастливчику, занявшему

мое место.

От всех этих мыслей я окончательно проснулся и пой!

мал себя на бесцельном созерцании матовой глади потол!

ка. Судя по освещенности, сейчас не больше восьми утра,

а день обещает быть солнечным.

10

Приподнялся, посмотрел на часы. Так и есть—без чет!

верти восемь. Сел на кровати и окинул взглядом гости!

ную. Вчера за ужином я начал смотреть фильм, потом при!

лег, потом укрылся пледом, да так и заснул. Теперь мой

просветленный взор угнетала грязная посуда и общий лег!

кий беспорядок. Да, и вот еще что призрачно маячило на

фоне этого безмятежного утра: вчера по окончании кино!

картины я засыпал под CNN, где при участии пары сена!

торов обсуждалась некая «красная угроза» — речь шла о

тоталитарных режимах на территории бывшего СССР и о

растущем Китае. А чуть раньше отечественные новостные

каналы стращали меня агрессией НАТО, расползающейся

по Европе военными базами и противоракетными комп!

лексами.

Во времена Карибского кризиса я еще не родился, одна!

ко впоследствии интересовался тем периодом биполярно!

сти мира, и происходящее сейчас попахивает чем!то вроде

холодной войны — правда, на фоне вполне дружелюбных

заявлений глав государств. Эта возня длится уже не первый

год, и каждый раз, просматривая новости, я чувствую, буд!

то в меня забивают гвозди. Но я должен пропускать все это

через себя — работа такая. Была.

Вотпуске я, разумеется, отключился от назойливой

информации, очищая мозги от шлака мультфильмами

Миядзаки и киношедеврами Тарковского. Но вот реаль!

ность вновь постучалась через голубой экран, и мысли за!

кружились в голове пчелиным роем, вызывая легкие вол!

ны тревоги. Как если бы я вычитал что!то плохое между

строк новостных лент, но еще не осознал этого, не сфор!

мулировал.

Подобная тревожность, к слову, выгодна любому режи!

му, так как позволяет отвлечь граждан от внутренних проб!

лем и перенаправить энергию в нужное русло. Кто!то

ухмыляется, разглядывая нас сверху, как школьники раз!

глядывают через микроскоп возню инфузорий. Поэтому и

11

я никогда не стремился переполнять свой аналитический

стек, просто держал в памяти общую картину событий. Но

вот что странно: если до отпуска данная картина напоми!

нала в основном цирк, то после стала больше походить на

психиатрическую лечебницу.

А еще запомнился тот ролик, в котором безумная толпа

шла на приступ Денверского аэропорта — того, что нахо!

дится близ американского города Денвер. Все началось в

долине, за пару километров от территории исполинской

воздушной гавани. Местный фермер, очевидно воодуше!

вившись славой коллеги, приютившего некогда «Вудсток»,

также пустил на свое поле кучку хиппи. Якобы для прове!

дения небольшого рок!фестиваля. Стоит заметить, что

денверскому фермеру все же удалось прославиться. Хозяин

забеспокоился, когда однажды утром его работники не

смогли вывести технику в поля из!за перекрывших дороги

частных автомобилей и толп людей. К тому моменту на

«фестиваль» собралось около ста тысяч человек. Власти

тоже зашевелились, и в новостях наконец заговорили о

секте Свидетелей Апокалипсиса. Когда к аэропорту при!

были все, кто могли—армия, нацгвардия, полиция,—вего

сторону уже двигалось бескрайнее море людей. Патриарх

сектантов поднял на штурм как адептов, так и простых

граждан, руководствуясь двумя тезисами. Во!первых, по

словам лидера, в ближайшие три месяца ожидается Конец

света, а во!вторых, под Денверским аэропортом находится

огромное современное убежище, построенное на деньги

налогоплательщиков и обязанное стать их достоянием.

Люди шли на приступ самоотверженно, неотвратимо,

словно орда зомби. Подавляющее большинство защитни!

ков правопорядка в жизни не видели подобных скоплений

народа: никто не мог противостоять, никто не смел сделать

ни единого выстрела. Неравное, тихое противостояние

длилось около девяти часов, и вот когда первые штурмую!

щие ступили на территорию аэропорта, в вечернем небе

12

появился вертолет. Его заметили потому, что резко исчезли

многочисленные вертушки новостных каналов. Затем раз!

разился ад. Люди в одночасье обезумели и понеслись куда

глаза глядят, давя и перемалывая друг друга.

Ну вот, я прямо чувствую, как мозги зашевелились,

причем не в лучшем смысле. Теперь уже точно не рассла!

бишься, нужно выходить из диссонанса. Я покинул уют!

ный диван и направился на кухню, вытряхивая из головы

остатки сна и тревожные мысли. На пороге моего холо!

стяцкого камбуза я получил первую порцию антистресса,

потому что через приоткрытые створки широких деревян!

ных жалюзи на меня смотрел залив, радуя своей безмятеж!

ной гладью. Кстати, кухню свою я называю по!корабель!

ному прежде всего именно из!за этого вида и только во

вторую очередь потому, что отделана она на манер судово!

го помещения.

Поставил на плиту чайник со свистком—другие у меня

не выживали — и принял душ. Завтракая, взглянул на

часы — пятнадцать минут девятого. «Горизонт» начинает

работать с девяти, и хорошим тоном было бы прийти к на!

чалу рабочего дня, заодно посветив своей посвежевшей

физиономией. Но к девяти я уже никак не успею.

Хотя свеча офисного здания, расположившегося побли!

зости от Парка 300!летия, видна из моей многоэтажки на

Васильевском острове, добираться до нее нужно через

центр, то есть как минимум час. Дорога на работу занимала

бы минут пятнадцать, если бы строители открыли наконец

развязку на центральном участке скоростного диаметра.

Но, к счастью, теперь это не моя головная боль. Сегодня

устрою неспешный променад с пересадками в метро и глу!

бокомысленными прогулками. Погода располагает. А че!

тырехколесный друг пусть немного поскучает у подъезда.

Закончив завтрак, я наскоро выбрал одежду и собрался.

На пороге активировал охранную систему и вышел в про!

хладу питерского утра.__

  • Комментарии
Загрузка комментариев...