Радужная птица

4034
23 минуты

Высоко-высоко, там, где горы касаются неба, словно иглы, и в образовавшиеся проколы струится вода, зарождается жизнь. Крошечная поначалу, она легко скользит в ледяных струях. Но струйки превращаются в ручейки, ручейки – в потоки, потоки – в бурные горные реки. И вместе с ними растет крохотная искорка, надежно запечатанная в ледяную скорлупу. По вечным ледникам, горным утесам и крутым склонам текут бурные воды, неся вниз, в теплые долины, новую жизнь. Надежно защищенные своей скорлупой, искорки несутся в серебряных струях, пока тепло солнца не прогреет воду, растопив лед. Вместе с водой живые искры проникают повсюду. А потом с нею же уходят вниз, вниз, к подножиям гор, где корни пещер касаются земли, словно иглы, и в образовавшиеся проколы уходит вода, унося с собой жизнь.

Из тонкого прокола льдисто-голубого неба, по самой высокой горе, течет вниз, к подножию, вода. В ней немало искр, но вот одна из них начинает меняться. Еще дышат холодом вечные ледники, а искорка уже растет, и становится все тоньше когда-то надежная защита. Среди камней появляются все новые и новые ручейки, они сливаются в полноводный поток, становится все жарче вечное солнце, и искорка растет все быстрее, меняя свою форму. Вот уже древние утесы видят в быстрых струях ребенка.

Водопады бережно несут дитя вниз, вниз. Оно скользит между камней, кружится в водоворотах, легко преодолевает молчаливые пещеры. Река становится все более бурной, но растущая девочка словно не замечает этого, ведь вода – ее родина. Разве может она причинить малышке вред? Вода заботится о ней, уберегая от столкновений с камнями. Все реже встречаются узкие щели, и река все шире и шире, и потому юная девушка не замечает на своем пути препятствий.

Но вот поток выносит ее на порог старенького дома, почти лачуги, стоящей на берегу реки. И уходит прочь, оставляя на пороге девушку, а в городке – память о редком по силе наводнении.

Что только не найдешь на берегу после наводнения! Правда, во время него нередко теряешь больше, чем потом находишь. Но к Мел-ин это не относится – старуха ничего не утратила. Ведь в ее лачуге толком ничего и не имелось... Так, скромная мебель, да немного глиняной посуды. Поэтому Мел-ин быстро, с неожиданной для ее возраста силой, затаскивает девушку в свой домик и надежно запирает дверь. Старуха хитра и умна, она не собирается так просто упускать внезапный дар небес.

Правда, поначалу ей неизвестно, кто эта юная красавица, чьи волосы подобны черному шелку, стан – гибкому деревцу, а лицо – утреней звезде. Возможно, это чья-то дочь или невеста... Но Мел-ин уверена: Великие Воды, создающие и забирающие жизнь, наконец услышали ее молитвы. Она во весь голос благодарит за ниспосланный ей дар.

Ее предположения находят подтверждение, стоит только девушке прийти в себя. Прекрасная Кел-ир действительно послана Великими Водами, ведь старуха так молила их о дочери... Искренние молитвы всегда бывают услышаны, утешает плачущую от радости женщину Кел-ир. И отныне Мел-ин никогда не останется одна. Кел-ир всегда поможет ей в любом деле и подарит радость ее усталому сердцу.

***

Мел-ин ненавидела сказки. Она в них не верила. Ни на йоту. Они раздражали и бесили ее, вызывая приступы необъяснимой злобы. Ну не бывает так, как в сказках! Жизнь – жестокая вещь. И надеяться на нежданное чудо может только глупец. А Мел-ин себя глупой не считала. Ведь это она использовала слабости окружающих, не позволяя другим людям использовать себя. К слабостям она относила и доброту с наивностью и верой в чудеса. В сказки верят только слабаки, неспособные добиться чего-либо самостоятельно. А она, Мел-ин...

Она ничего не смогла добиться. Хотя и была сильной, хитрой и умной, и совсем не верила в сказки, надеясь лишь на себя. Все, чего она достигла – это ненависть всех обитателей деревеньки.

Тогда Мел-ин решила измениться. Не на самом деле, а внешне. Люди ненавидят тех, кто сильнее и умнее, и мешают им добиться успеха, решила она. Значит, нужно притвориться такой же, как они.

В ее родной деревне никто не поверил бы ее внезапному преображению, поэтому Мел-ин уехала как можно дальше, к самому подножию гор. Жить у окраин мира оказалось сложно и неуютно, но старуха решила не сдаваться. Здесь никто не знал прежнюю Мел-ин, и скоро все жители маленькой деревушки стали считать ее доброй и чуткой женщиной, обреченной на бедствия и одиночество. И многие из них искренне молились, чтобы новая соседка обрела достойную жизнь и, главное, семью.

Мел-ин не нуждалась в семье. Но ей был необходим кто-то, желательно, дочь. Только она могла помочь старухе достичь исполнения ее заветного желания. И потому Мел-ин всячески благодарила жителей деревни за их доброту и заботу.

Никто не знал и даже не догадывался о ее истинных чувствах. Мел-ин не нуждалась в молитвах, в прок которых она не верила. Ей нужна помощница, приемная дочь! И почему никто из деревенских девиц не догадывается прийти и предложить себя в приемные дочери или хотя бы ученицы, на крайний случай, служанки? Вот дуры! От реальной девчонки проку куда больше, чем от слов!

Она подумывала уже уехать в город и поискать на его улицах подходящую сироту, когда к порогу ее бедной хижины вода вынесла прекрасную Кел-ир.

Старуха не поверила в "ответ на молитвы". Девчонка явно повредилась головой, но это и к лучшему. Пусть считает себя подарком Великих Вод, это только на руку Мел-ин. Главное – девушка на редкость хороша собой. А еще считает себя обязанной приютившей ее женщине. И не использовать этот шанс способен только абсолютный глупец, но никак не мудрая Мел-ин.

Мудрая Мел-ин не знала одного, точнее, не поверила в слова девушки. Кел-ир действительно не человек. Она послана помогать старухе и оберегать ее. Ведь молитвы соседей лживой женщины были искренни. Да и сама Мел-ин в своем желании достичь богатства – вполне правдива. Просто она тщательно маскировала это стремление, помня, как плохо закончились для нее все прежние попытки разбогатеть.

-Кел-ир, дитя мое, - сладким голосом пропела старуха, помогая девушке встать, - ты ведь достойна большего, чем проживать в этой жалкой лачуге и питаться одной только рыбой с каплей риса. Зачем тебе оставаться со мной? Ты можешь...

-Что вы, матушка! – перебила ее Кел-ир. Если бы она знала такое чувство, как возмущение, то, пожалуй, возмутилась бы. – Помогать вам и заботиться о вас – моя судьба. Быть рядом с вами – вот величайший подарок. И большего мне не нужно!

-Ах ты моя хорошая, моя сладенькая, помощница ненаглядная, - засуетилась вокруг нее старуха. – Да только вот как ты мне поможешь? У меня и хозяйства-то нет...

-Не волнуйтесь, матушка, - улыбка Кел-ир на миг заставила женщину залюбоваться девушкой без задних мыслей. Но этот миг быстро прошел, и Мел-ин вернулась к своим замыслам. А девушка тем временем продолжала: - Хозяйство раздобыть нетрудно. Вы, матушка, попросите у соседей две горсточки риса да блюдечко молока, пару мисок глиняных, две-три нитки шерстяных, да веретено. А я пока дом приберу.

"Сумасшедшая", - невольно подумала Мел-ин. – "Может, лучше ее в город, к лекарю отправить? А то еще, не приведи Великие Воды, натворит чего…"

-И лучины бы, матушка, - продолжала Кел-ир, не замечая, как мрачнеет лицо старухи. – Немного. А дальше дело мне предоставьте. Будет у нас хозяйство!

"Действительно, сумасшедшая, - почему-то Мел-ин почувствовала облегчение. Наверное, потому, что окончательно убедилась: девушка вовсе не ответ на молитвы, а всего лишь безумная дурочка. – Добуду я ей эту мелочь, пусть тешится…"

Велев Кел-ир ждать ее, старуха пошла к соседям. Просить ей было не впервой, да добросердечные люди не оставили ли бы ее своей заботой и без напоминания. Не она одна пострадала от наводнения, но жители деревни беспокоились об одинокой женщине едва ли не больше, чем об остальных соседях. И потому они искренне обрадовались, узнав, что Мел-ин почти не пострадала и нуждается только в паре мелочей. Еду и пару глиняных мисок ей дали сразу, лучину, нитки и веретено – с легким удивлением, но вопросов не задавали. Понятно ведь, соседке лучше знать, зачем ей все это.

В доме было на удивление чисто, хотя отсутствовала Мел-ин совсем недолго. И еще – совсем пусто. Не осталось ничего из той скромной бедной мебели, которая находилась в комнатушке раньше. Только очаг, вычищенный от золы, да огонь в нем, бросающий отблески на голые глиняные стены.

Не успела старуха, изрядно возмущенная таким самоуправством новой жилички, сказать хотя бы слово, как Кел-ир ловко выхватила корзинку с вещами из ее рук. И перед глазами Мел-ин все поплыло.

Пошатнувшись, она осела на пол. А когда открыла глаза, стояла глубокая ночь. Но не это поразило старуху. Дом был заполнен предметами.

Две невысокие, аккуратно застеленные, кровати у стен. Над кроватями - узкие полки, заставленные глиняной посудой. В центре комнаты большой стол с тремя стульями. У двери небольшой шкаф. Тканые занавески на окнах и пара таких же половичков на полу. И даже – верх роскоши! – небольшое бронзовое зеркальце на стене.

-Дитятко!!! – ахнула Мел-ин. Мысли в голове старухи метались, словно вспугнутые птицы. – Откуда все это богатство?

Кел-ир улыбнулась и, не говоря ни слова, ссыпала горстки риса в небольшой горшок. Произнесла пару странно звучащих слов и подала старухе горшок... доверху засыпанный рисом.

-Рис никогда не переведется, - сказала девушка. – А вот с молоком сложнее...

-Му-у, - протяжно донеслось со двора. Выглянув в окно, Мел-ин увидела привязанную к покосившемуся плетню за домом, небольшую пятнистую корову. Выглядела та вполне упитанной и довольной жизнью.

-Корова? – поразилась Мел-ин. – Где ты ее взяла?

-Фигурка из глины и блюдце молока, - пожала плечами девушка. – Вы не беспокойтесь, матушка, все здесь сделано моими руками. А материал вы сами мне принесли.

"Ведьма"! – едва не вырвалось у Мел-ин. Но она сдержала первый порыв бежать как можно дальше, и стала просчитывать возможную выгоду. Стать приемной матерью не просто красивой девицы, но могущественной ведьмы... это сулило большие возможности. Пока неясно было, какие именно, но старуха, приветливо улыбаясь и благодаря девушку, старательно обдумывала дальнейшие планы. О том, что способности ведьмы сулят не только возможности, но и опасности, она как-то не задумалась. Да и какие могли возникнуть опасности для старухи, когда девушка считает Мел-ин второй матерью и готова на все, лишь бы помочь ей?

Кел-ир тем временем хлопотала по дому. Приготовив ужин и накормив Мел-ин, девушка убедила старуху лечь спать, а сама принялась прясть. Две тонких ниточки, выделенных соседками, касаясь веретена превращались в воздушную нить серебристого шелка. Наблюдая за этим волшебством, Мел-ин уснула.

Летом светает быстро, а старая Мел-ин ненавидела ждать. Неизвестно еще, как отреагируют на появление в ее доме ведьмы соседи, да и внезапное богатство может навести на нехорошие мысли. Нет, от общества Кел-ир следовало избавиться. А заодно – и разбогатеть по-настоящему. За такую красавицу при дворе императора заплатят немало. Конечно, саму Мел-ин на императорский двор не пустят, да и далеко до столицы, но в городе есть наместник. Он не упустит своей выгоды и заплатит Мел-ин хорошие деньги, ведь сам он получит от императора намного больше.

Потому, едва взошло солнце, старуха отправилась в город. Нелегко ей пришлось, ведь не так-то просто попасть на прием к самому наместнику. Но Мел-ин была настойчива, а деньги, вырученные за серебряный шелк, спряденный ночью Кел-ир, звенели весьма убедительно.

-Красота моей дочери, - заговорила женщина, приветствовав наместника должным образом и сразу перейдя к делу, - подобна солнечному утру. Она стала бы достойным украшением двора самого императора, но мы бедны и не знатны.

-Женщина, - вздохнул наместник, - скоро свадьба сына императора, и потому нам представили сотни красавиц, готовых стать невестами и спорящих за право стать супругой. Почему ты решила, будто твоя дочь превзойдет их красотой? А ведь у нее нет и должного воспитания!

-Пошлите кого-то из слуг взглянуть на нее, - предложила Мел-ин. – Если слуга сочтет мою дочь недостойной, она не оскорбит вашего взгляда. Но если он признает ее красоту, то...

-То тебе хорошо заплатят, - устало сказал наместник. – Ан-тел, ты пойдешь с этой женщиной и взглянешь на ее дочь. Но если девушка недостаточно хороша и ты зря потратишь время, они обе понесут наказание.

-Этого не случится, - уверенно ответила Мел-ин и, должным образом простившись, покинула зал. Вместе с доверенным лицом наместника она прибыла к домику.

И мужчина признал: Кел-ир прекраснее, чем полная луна в беззвездную ночь. Он хотел забрать ее немедленно, но Мел-ин пообещала: на следующий же день она и ее дочь будут у наместника. Доверенный слуга уехал, дав слово ждать обеих и приготовить достойную красоты Кел-ир награду.

-Доченька, - обратилась старуха к девушке, - я так обрадовалась твоему появлению, что не смогла удержать язык на привязи. Слава о твоей красоте достигла ушей наместника, и тот потребовал тебя к себе. Я не могу спорить с ним, ведь он слуга самого императора!

-Но мы можем уехать...

-И всю жизнь скрываться? Боюсь, я слишком стара для этого. Да и ты заслуживаешь лучшей жизни. А при дворе наместника ты будешь счастлива. Может быть, тебя даже представят императору...

-Но мне нужны только вы, матушка!

-Ты молода и красива, не дело тебе прозябать в моей хижине. Ты достойна большего.

-Зачем мне большее, когда у меня есть ваша любовь? Я не хочу уходить от вас, матушка!

-Но тогда наместник прикажет казнить меня. Я стара, но мне так не хочется умирать...

-Матушка! – девушка обняла Мел-ин. – Только не плачьте, прошу вас. Я пойду ко двору наместника. Надеюсь, он найдет более достойную девушку и отпустит меня к вам...

-Я буду молить об этом Великие Воды, - солгала старуха. Как раз она-то рассчитывала на обратное. Если наместник предложит Кел-ир в невесты сыну императора... Ах, о таком может мечтать далеко не каждая! Кел-ир еще будет благодарить ее, Мел-ин, за устройство своей судьбы. И, может быть, приблизит «матушку» к себе, подарив спокойную безбедную старость… Но даже если девушка окажется злопамятной и этого не случится, награды от наместника вполне хватит на долгое обеспеченное существование. В любом случае Мел-ин будет в выигрыше... Ах, как удачно появилась в ее жизни эта странная девушка!

На следующий день они предстали перед наместником. Он был сражен красотой Кел-ир и объявил, что она превзойдет всех посланниц от других наместников.

Всего в стране имелось девять провинций. Каждой следует представить по девять невест. Восемьдесят одна красавица должна предстать перед юным наследником трона, и лишь одна из них станет будущей императрицей, принеся тому, кто нашел и доставил ее, немало почестей и богатства.

К этому времени наместник отобрал семерых красавиц, но стоило ему увидеть Кел-ир, и он, вознаградив девушек за потерянные надежды, отправил их по домам. Ведь ни одна из них не могла сравниться с прекрасной Кел-ир.

Девушка с искренним огорчением простилась с приемной матерью. Оставшись одна в покоях, отведенных для невест, Кел-ир растерялась. У нее имелась задача: обеспечивать счастье Мел-ин, а теперь она и не знала, что ей делать. Вести хозяйство ей не давала слуги, оберегавшие красоту рук девушки, а бездельничать она не умела.

Так, в растерянности, Кел-ир провела три дня. На четвертый же день ее усадили в богато украшенный возок и отправили в столицу.

Кроме Кел-ир в столицу ехали сам наместник, его семья, доверенный помощник, человек десять слуг и два десятка охраны. Но дороги оказались безопасными, и скоро весь кортеж прибил ко двору императора.

Кел-ир никогда не видела ничего подобного. Недаром дворцовый комплекс считался одним из девяти священных чудес! Пораженная его красотой, она и не заметила, как ее провели в покои, предназначенный девушкам из ее провинции. Только оставшись одна, она смогла прийти в себя после суеты слуг и трудной многодневной дороги.

Ей совсем не хотелось замуж за сына императора. Но сбежать она не могла: это повредило бы ее приемной матери. Значит, следовало сделать так, чтобы жених полюбил одну из семидесяти двух оставшихся девушек.

Но красавиц оказалось меньше, чем думала Кел-ир. Не все прошли строгий досмотр придворных дам. И лишь Кел-ир наместник ее родной провинции прятал, словно жемчужину, за десятками покрывал. Ему дозволили это, так как он привез только одну девушку, и закон запрещал отказывать ей в доступе на смотрины.

Всего девушек во дворце было сорок девять, вместе с Кел-ир – пятьдесят. И каждая – одна краше другой. Чтобы не ранить слух и взор наследника, девушки должны были месяц обучаться разным искусствам, и лишь потом проявить себя в том, какое окажется им наиболее близким.

Понаблюдав за девушками, Кел-ир поняла: они готовы на многое, чтобы стать будущей императрицей. И решила проиграть как можно раньше. Ей не место в наполненном интригами дворце, ее предназначение – ухаживать за матушкой в ее родной деревушке у подножия гор.

И Кел-ир стала учиться лгать. Она умела все, ведь она была дочерью Вечных Вод, но старательно делала вид, будто у нее ничего не получается. Свои лица красавицы скрывали под вуалями, чтобы соперницы не смогли причинить им вреда, и потому все зависело от уроков.

Кел-ир очень старалась делать все наоборот. Это было нелегко, но все же постепенно у нее стало получаться. И остальные девушки незаметно перестали считать ее соперницей, ведь более неуклюжей и бестолковой девицы было еще поискать!

Только Кел-ир очень уставала. Ложь была противна ей, а руки требовали проявить свое мастерство. Потому Кел-ир выполняла задания ночами, не забывая к утру уничтожить их и сотворить что-нибудь неумелое.

Но летние ночи коротки, и однажды Кел-ир просидела за вышивкой почти до рассвета. Спохватившись, она бросила платок в жаровню и спешно принялась делать грубую неуклюжую работу. Она не успела ее закончить, как пришла служанка, и потому девушка не заметила – бросая платок, она промахнулась. Он упал за жаровню, и служанка нашла его.

Пораженная мастерством работы и красотой вышивки, служанка забрала платок себе. Эта девушка давно подбирала за невестами разные мелкие вещицы, ведь те не платили ей за работу. Она не подумала, будто такой платок могла сделать неумеха Кел-ир, и решила с помощью других служанок найти мастерицу и заказать ей что-нибудь более эффектное, чем простой платок.

Но никто из служанок во дворце не знал мастерицы, способной вышить подобное. Стоило ветерку колыхнуть ткань, и птица, радужная птица с черными глазами, казалась живой, готовой взлететь.

Слухи о чудесной работе разошлись по дворцу. Однажды услышал о радужной птице сам император, и пожелал взглянуть на нее.

-Где ты нашла ее? – спросил он служанку, не в силах отвести взгляд от разноцветной птицы.

-В покоях госпожи Кел-ир, - робко пролепетала служанка. – Но госпожа Кел-ир не могла этого сделать. Все знают: она не способна вышить даже самый простой узор.

-Кто же из девушек мог создать это произведение искусства? – спросил император. Придворные дамы, смотревшие за красавицами и обучавшие их, задумались. Ни одна из невест не была способна на подобное.

В это время сын императора вернулся с охоты. Он вошел в зал, желая приветствовать отца, и увидел в его руках платок с удивительной, словно живой, радужной птицей.

-Что это за птица? – воскликнул он. – Я объездил почти весь мир, но ни разу не встречал подобного создания!

-Наверное, это всего лишь воображение мастерицы! – воскликнула императрица. – Не придавай ей значения, сын мой.

-Я не верю в подобное воображение, - юноша рассматривал птицу. – Взгляните, она почти живая! Я хочу найти ее. И назначаю награду тому, кто добудет мне эту птицу живой.

В тот же день сын императора уехал на поиски радужной птицы. Смотрины невест пришлось отложить.

Девушки огорчились. Им нравилась жизнь во дворце, но мучиться неизвестностью лишнее время они не хотели. И потому подкупили слуг, чтобы узнать: наследник не собирается жениться, пока не найдет диковинную радужную птицу, которой, скорее всего, не существует на свете.

И только одинокая Кел-ир не ведала ничего. Она все свободное время проводила в саду за работами, которые приходилось уничтожать. Но ей было жаль свои труды, и со временем девушка обустроила тайник в дупле старого дерева. Там она и стала хранить свои чудесные вещи.

Шло время. Наступила зима, и сын императора вынужден был вернуться во дворец, так и не найдя радужной птицы. Он и сам уже не был уверен, существует ли она, но верил – если кто-то ее видел, чтобы запечатлеть, значит, увидит и он.

Огорченный, он бродил по зимнему саду, когда увидел стройный силуэт около одного из деревьев. Заинтересовавшись, наследник подошел ближе, но силуэт метнулся в сторону и исчез, не оставив на снегу следов, словно был призраком.

Подойдя к дереву, юноша увидел в нем трещину и рискнул заглянуть внутрь, а затем и просунул внутрь руку. Он вытащил немало чудесных вышивок и тканей, золотистую и серебряную пряжу, мастерски сделанных тряпичных куколок... Как только все это поместилось в небольшом дупле? И на части изображений он увидел ту самую радужную птицу, что являлась ему в снах.

Все это принадлежало, решил он, исчезнувшей девушке – вряд ли мужчина стал бы выполнять столь женскую работу! И эта девушка живет во дворце! Но как узнать, кто она среди стольких служанок, придворных дам и невест?

Император, услышав вопрос сына, задумался. Кто может так тщательно скрывать свое мастерство и зачем? Неужели кто-то... боится? Но чего именно боится неведомая девушка? Не брака же с его сыном, невесты мечтают о свадьбе!

Или – не мечтают? Что он и его сын знают о привезенных красавицах? Может быть, некоторые из них оставили на родине любимых людей...

Первую птицу нашли у госпожи Кел-ир, вспомнил император. С нее и решили начать поиски.

Когда ее вызвали к императору, Кел-ир подумала, будто это шутка. Зачем она могла понадобиться всесильному владыке? Но придворные дамы и служанки помогли ей одеться достойно и привели девушку в главный дворец. Кел-ир охватил страх.

Поклонившись императору и его семье, девушка, повинуясь приказу, откинула вуаль, закрывавшую лицо.

-Твоя красота превосходит человеческую! – воскликнул император. – Не ты ли, подобная луне, создала эти вещи?

И Кел-ир показали предметы, найденные в дупле наследником. Среди них положили и платок с радужной птицей.

Девушка могла хитрить, но лгать напрямую не умела.

-Это сделала я, - призналась она.

-Птица всех цветов радуги... ты придумала ее?

-Нет, - покачала головой Кел-ир. – Я помню ее. Она живет на самой вершине гор, там, где начинаются Вечные Воды.

-Но ни один человек не бывал там! – воскликнул император.

Кел-ир закрыла глаза. Изящно изогнула руку. И на подставленную ладонь из воздуха упало перо всех цветов радуги, переливающееся в солнечном свете.

-Я – дочь Вечных Вод, посланная матушке Мел-ин. Пожалуйста, позвольте мне вернуться к ней и выполнить мой долг! – протянув перо императору, взмолилась Кел-ир.

-В чем состоял твой долг?

-Заботиться о матушке, ведь она бедна и одинока.

-Бедна… Наместники платят хорошие деньги семьям невест. Не могла ли твоя матушка отдать тебя в невесты и обеспечить себе безбедную жизнь?

-Но матушка не могла так поступить!

-Я попрошу привезти ее сюда, во дворец, и мой чародей узнает правду. Если матушка... Мел-ин, верно? – добровольно отдала тебя в невесты моему сыну, не согласишься ли ты стать его женой? Стране забота Вечных Вод нужнее, чем одной женщине. Ты сможешь помочь многим.

Кел-ир задумалась. Видя ее колебания, сын императора опустился на колено:

-Ты прекрасна, как птица, которую создали твои руки и столь же недостижима. Но птица живёт на вершине гор, а ты находишься здесь и сейчас. Прошу тебя, позволь мне поймать хотя бы тебя, раз уж радужная птица никогда не станет моей!

-Но смогу ли я сделать счастливым хотя бы тебя, раз мне не удалось сделать счастливой мою матушку? – дрогнувшим голосом спросила Кел-ир.

-Юноша встал и взял ее ладони в свои.

-Я уверен – ты принесла ей то счастье, которого она заслуживала. Если оно ограничивалось лишь деньгами – то ее вина, не твоя.

-И ты не откажешься от меня, даже получив радужную птицу?

-Даже если в мире появятся тысячи радужных птиц, я не отпущу тебя, - поклялся юноша.

И император улыбнулся. Он понял – ему не придется посылать людей за глупой жадной старухой: другая не отпустила бы Кел-ир, сколько бы денег ни предлагал наместник. У его сына будет лучшая жена на свете.

-Ты – моя радужная птица! – сказал сын императора своей невесте. – Я вспомнил: в одной старой сказке - радужная птица означает шанс на счастье…

Много лет правили Кел-ир и ее супруг. Жили они в любви и согласии, и страна процветала. 

А Мел-ин... деньги ей так и не пригодились: довольно скоро их украли, и она снова оказалась бедной одинокой старухой. Единственной вещью, выручавшей ее, был сохранившийся от пребывания в ее доме Кел-ир горшочек вечного риса. Но Мел-ин не благодарила девушку: только ругала ее. Ведь та совсем забыла о своей «матушке», и старуху даже не пустили во дворец, когда она пыталась попасть на свадьбу «дочери». И от того Мел-ин клянет свою судьбу и Вечные Воды. Вот если бы ей выпал шанс что-нибудь изменить…

Высоко-высоко, там, где горы касаются неба, словно иглы, и в образовавшиеся проколы струится вода, зарождается шанс. Крошечный поначалу, он легко скользит в ледяных струях. Но струйки превращаются в ручейки, ручейки – в потоки, потоки – в бурные горные реки. И вместе с ними растет крохотная искорка, надежно запечатанная в ледяную скорлупу. По вечным ледникам, горным утесам и крутым склонам текут бурные воды, неся вниз, в теплые долины, новый шанс для кого-то. Надежно защищенный своей скорлупой, он несется в серебряных струях, пока тепло солнца не прогреет воду, растопив лед. Вместе с водой живые искры проникают повсюду. Они скользят по миру, рассыпаясь сотней невидимых капель, касаясь ладоней, приходя в неведомом ранее образе. А потом, когда приходит время, с водою же уходят вниз, вниз, к подножиям гор, где корни пещер касаются земли, словно иглы, и в образовавшиеся проколы уходит вода, унося с собой неиспользованный, упущенный, провороненный шанс.

Это вечный круговорот. Немногие способны изменить его.

© Матыцына П.А., текст, 2016

© photo by pixabay

  • Комментарии
Загрузка комментариев...