Ангро-майнью, Фантастический рассказ

3568
38 минут

 

1.

Подпустив Ангро-майнью шагов на двадцать, претендент сбросил личину невидимости и прокричал:

- Умри, проклятый тиран!

Лицо у него было изможденное, глаза лихорадочно блестели. Сухой, пустынный ветер живописно развевал вытертую мантию, пытался сорвать с головы шляпу с обвисшими краями.

Неудачник, подумал владелец двадцати пяти миров, отказывал себе во всем, медитировал, копил магическую энергию. Сейчас ее всю и потратит, до капелюшечки. Знает, что второй попытки не представится.

Претендент взмахнул руками, выкрикнул слово активации и сотворил огненный шар размером с человеческую голову. Он летел, мотаясь из стороны в сторону, словно пьяный, и медленно, очень медленно.

Великий маг, владелец двадцати пяти миров, пожал плечами и слегка дунул в сторону конкурента. Небо беззвучно громыхнуло, на мгновение пала темнота.

И только после этого огненный гостинец достиг цели. А толку-то? Едва коснувшись плеча Ангро-манью, шар беззвучно взорвался, рассыпался бирюзового цвета искрами, весь ушел в них. Даже воздуха не нагрел.

- Лох, - сказал королевский друг. – На кого батон крошить надумал?

Стоял он чуть в стороне, рядом с лизоблюдом второго разряда. Как и положено по дворцовому кодексу дружбы, на друге были обрезанные по колено потертые джинсы, застиранная майка и древние шлепанцы. В руках он держал пакет с упаковкой баночного пива.

- Давай, - Ангро Майнью ткнул пальцем в пакет с пивом.

- Лови!

Друг небрежно вылущил из упаковки банку и метнул. Поймав ее, маг щелкнул крышечкой и тут же сделал большой глоток. Пиво оказалось холодным и вкусным. Как и положено.

Не подкачал друг, подумал владелец двадцати пяти миров. Не принес, а именно кинул. Небрежно, по кодексу. Вызубрил, выучил до запятой, стало быть. Не зря я с ним так мучился. Да и общение запанибратское у него отработано. Возможно, не хватает только одной детали. Жертвенности. Умения поделиться чем-то, когда друг в этом нуждается.

Впрочем, где его взять в наше меркантильное время, как ему научить? Да и кого, слугу? Ни за что не выйдет. И при каких обстоятельствах эта жертвенность понадобится великому магу? Как ее проверить? Нет, глупая мысль. Другое надо придумать.

Взглянув на свой дворец, великий маг полюбовался тем, как на его огромной золоченой крыше работают резчики света. Сноровисто и умело, они перехватывали поднимавшиеся над ней солнечные отблески, скручивали их в жгуты, укладывали в огромные кипы. Ночью их затемнят, а на следующий день углубят ими тени колонн у парадного входа. Так будет красивее.

Вальяжной походкой, Ангро-майнью прошел к пятну копоти на месте устроенной претендентом засады. Ветер к этому времени уже наполовину развеял лежавшую там кучку пепла. Поворошив ее носком сапога, великий маг недовольно хмыкнул.

Ни колечка, ни амулетика, ни полуобгоревшей волшебной палочки.

Если претендент был нищебродом, то почему искры от огненного шара получились такого странного цвета? Известно, что ничего случайного в магии быть не может. Все учтено, рассчитано, подчиняется правилам. Даже если за дело берется любитель, законов сопряжения это не меняет. Откуда искры?

Великий маг мог бы поклясться, что в жизни не видел ничего похожего.

Он еще раз переворошил пепел, огляделся по сторонам и, наконец, повернулся к месту гибели незадачливого конкурента спиной.

На краю полосы ловушек два подхалима низшего ранга трудолюбиво копали в песке ямку. Вот они отложили заступы, открыли украшенный яркими наклейками ящик и вытащили из него большую мину.

- Эй, вы! – крикнул им великий маг. – Копатели! Что делаете?!

Один из подхалимов выпустил смертоносное стальное яйцо из лап. Второй зашатался под его тяжестью и рухнул на песок, высоко задрав пушистый хвост.

- Глубже надо зарывать! – распорядился Ангро-имайнью. – Вот ты, не стой столбом, помоги товарищу. И правее, правее на пару шагов. Только прежде принесите из кладовой другую мину. Если эта до сих пор не взорвалась, значит, она бракованная.

Подхалимы засуетились.

Великий маг вновь взглянул на крышу, на резчиков света. Эти работали как надо. Настоящие специалисты.

Он прошелся взглядом по минному полю, оглядел полосу ловушек. Конечно, постороннему заметить их было нелегко. Да только Ангро-майнью составлял схему расположения лично и помнил наизусть.

- Слева от входа еще можно устроить пару ям с кольями на дне, - услужливо подсказал лизоблюд, верно угадав направление его мыслей.

- Неплохая идея, – буркнул Ангро-Майнью.

- Но в обороне все равно останутся дыры. Вон там - стену бы какую или ограду.

- Хм… ограду…

- Ну да. Для начала. Потом мы пригласим мастеров-укрепителей, они нашепчут на нее всякие там скрепы и защиты, сделают надежнее.

- Почему бы и нет? – вынес вердикт великий маг. – Сделаю ее в два человеческих роста. Кованную, с пиками в верхней части. Сейчас...

Он отчетливо представил ограду, мысленно произнес слово активации и щелкнул пальцами.

Ничего не произошло.

2.

- Бирюзовые искры, говоришь?

- Именно.

- Это был самый обычный претендент, - сообщил оракул.

- А искры?

- Вот только заклинание он подобрал весьма редкое, забытое. Пеликанское.

Ангро-майнью посмотрел вверх. Облака завивались серпантином и прорастали мелкими, синими цветочками. Небо сияло медной зеленью. Таким оно над образцовым прорицалищем и должно быть. Значит, все без обмана.

- Уверен? – спросил он все-таки.

- Не забывай, с кем разговариваешь. Я – знаю.

- Где такие необычные заклинания достают?

- Не имеет значения. Главное, претендента уже нет, а тебе надо как-то избавиться от последствий схватки с ним.

- Логично.

Оракул улыбнулся. Рот у него был жабий, некрасивый.

- Ты не лишен разума, великий маг.

- Почему я не могу более пользоваться магией? Как мне избавиться от последствий? Что оно со мной сделало?

Оракул обнажил беззубые десны, тихо засмеялся, мелко затряс головой. Дряхлый, ехидный старикашка в драном халате.

Ангро-майнью знал, что тот мог бы предстать перед ним и в более презентабельном виде. Не захотел, почему-то.

Да и ладно, подумал владыка двадцати пяти миров. Лишь бы дал нужный ответ. Все остальное значения не имеет.

- Вы, люди, разные, - сообщил Оракул. – Думаете вы по общей схеме, но при этом каждый из вас неповторим. Не правда ли, интересно?

- И весьма. А дальше что?

- Пеликанское заклинание наложилось на твою личность, сознание, настроилось на него. Оно как бы приклеилось и не дает пользоваться магией. Наложило запрет. Понимаешь?

- Как избавиться от напасти?

Оракул вздохнул, взглянул на небо, в котором медленно и грациозно колыхались ленты облаков.

- Ну? – поторопил его великий маг. – Долго мне ждать?

Рядом с оракулом возникла тонкая вытертая циновка. Опустившись на нее, он ответил:

- Следует изменить схему своего мышления, хотя бы чуть-чуть, хотя бы в мелочи. Стать в чем-то другим. Заклятье не сможет перестроиться и тут же распадется.

Ангро-майнью крякнул

- Уверен?

Ответа не последовало.

- Не гневи меня, слышишь?

Медленно, почти торжественно, прорицатель сложил руки на животе. Лицо его выражало безграничное смирение.

- И что ты сделаешь? – поинтересовался он.

- Ладно, забыли…

Они помолчали.

- Как я должен измениться? – наконец спросил великий маг.

- Рецептов нет. Ты знаешь, кто через меня говорит?

- Представляю. Если он знает о пеликанцах… Он ведь знает о них больше любого из живущих в этом мире? Он помнит, не так ли?

- Почему ты пришел задавать вопросы именно мне?

- Были у меня некие подозрения.

- Хорошо. Ты умнее, чем кажешься. Продолжай спрашивать.

Ангро-майнью почесал в затылке.

Можно предположить, каким образом мне стоит себя изменить?

Оракул слегка улыбнулся.

- Ты стал великим магом после долгого, упорного труда, обскакав, перехитрив и уничтожив всех конкурентов. А было их множество, ибо сейчас магией занимаются все, кому не лень. Верно?

- Предположим.

- Ты не смог бы одолеть путь наверх, не развив в себе определенные качества, не сделав из себя инструмент для достижения главной цели. Почти все твои умения могут принадлежать только великому магу. Твоя память хранит множество сложных заклинаний, ты способен мгновенно отразить неожиданное магическое нападение, ты умеешь быстро аккумулировать энергию и многое другое. Список большой. Ты – специалист в области, которой когда-то давно решил посвятить жизнь. Все в тебе работает только на нее. Осознаешь?

- И мне надо избавиться от какого-то из моих умений? Постараться забыть парочку заклинаний?

- Если вынуть из хорошо отлаженного механизма даже маленькую деталь, он либо остановится, либо станет работать хуже. В тебе появится мелкий изъян. Рано или поздно его нащупают конкуренты и попытаются использовать.

- Что мне делать?

- У тебя должны были остаться зачатки качеств, так и не получивших развития. Они малы, но все-таки есть. Займись ими.

- О чем ты?

- Ты слишком рассудочен, все делаешь по логике. Тебе некогда было заниматься эмоциональной сферой, и она у тебя почти атрофировалась. Однако ты не совсем бесчувственен. Изменись хоть немного в этом.

- Мне в театр сходить, что ли?

- Для правильного результата нужно лекарство посильнее.

- Хм?

- Влюбись, отчаянно и безнадежно, а?

- Ты о чем?

Лицо Ангро-майнью дрогнуло, нижняя челюсть слегка подалась вниз.

- Влюбись в красивую, но очень глупую женщину. Как только начнешь считать ее самой умной на свете – результат достигнут.

- А-а-а…. другие способы есть?

- Обзаведись сыном или дочкой. От подобного меняются даже самые холодные люди. Только придется ждать не менее девяти месяцев, пока ребенок появится на свет. И опять-таки нужна женщина, к которой ты неравнодушен. Дети должны появляться на свет желанными. Качественнее всего они получаются, если мать рожает их от любимого мужчины. С помощью магии обеспечить это легко, но сейчас…

- Значит и этот способ не подходит, - заключил маг. – Что осталось в заначке?

Оракул пожал плечами.

- Дружба. В ней не знаешь где найдешь, где потеряешь. Вдруг тебе повезет?

- Пойдет. Я тут, у себя во дворце…

- Знаю. О придворном кодексе дружбы, о нанятом друге. Не считается. Я говорю про настоящую дружбу. Только она на тебя подействует. Та, в которой есть не написанная на бумаге жертвенность, уважение или просто жалость. Приобрести ее можно очень быстро, а можно потратить всю жизнь, да так и не найти.

- Везение, значит?

- Оно самое. И попробовать стоит. Вдруг получится?

- Дружба… - пробормотал Ангро-майнью.

- Последний твой шанс, - напомнил оракул.

Хмыкнув, великий маг побрел к лежавшему на краю прорицалища ковру-самолету.

- А поблагодарить? – сказал ему в спину оракул.

Сделав еще пару шагов, владелец двадцати пяти миров остановился, повернулся к предсказателю.

- Тебя или того, кто через тебя говорит?

- Меня. Я проявил большое терпение.

- И сделал свою работу, не так ли? Нет, обычных людей великие маги не благодарят. В нашей натуре лишь принимать.

- Но ты хотел бы измениться?

- Только не в этой области. Появится уязвимость, как ты и сказал.

- Ты выбрал дружбу?

- Я попытаюсь, но сначала мне нужно хорошо подумать.

- Решение разумного человека, - оракул пожал плечами.

- А как ты думал?

Ангро-майнью прошел к ковру-самолету, тяжело на него опустился и взмыл в небо.

Возвращаться во дворец не стоило. Там искомого не найти. Там ждут лишь подхалимы и лизоблюды.

Друг значит, настоящий, не из числа придворных, думал великий маг. Найдем. Встречались в жизни задачи и сложнее.

Он летел над барханами, старыми замками, из-за полуразрушенных стен которых ему вслед с любопытством глядели никому уже не интересные слухи и забытые легенды, мимо пеликанских, облицованных обломками выветрившихся снов гигантских священных паралелипипедов, над оазисами, населенными разумными шестилапыми собаками и трехглазыми кошками.

Часа через полтора ковер начал снижаться и вскоре мягко опустился на песок.

Ну да, все на свете заканчивается. Даже магия, питающая летательные аппараты.

Взглянув на висевшее в зените безжалостное солнце, ругнувшись в сердцах, Ангро-майнью побрел по песку.

Он знал, что пустыня не бесконечна, а его терпение велико. Понадобится - дойдет до самого края мира, перейдет на следующий по перемычке, соединяющей воедино всю великую цепь. Двадцать пять миров на ней пока еще ему принадлежат. И он не намерен их терять. Главное - вовремя найти настоящую дружбу, суметь в нее поверить. Трудное дело, но для великого мага выполнимое.

3.

- Дружбой обзывают самую лучшую вещь в мире, - сообщил остролицый тхукер, – Конечно, если она искренняя, настоящая, как у нас.

Далеко высунув острый розовый язык, он ловко смахнул им со стола последний огрызок окорока. Заглянул в кубок, выцедил оставшиеся капли вина.

- Она такая, наша дружба, - подтвердил джукер, толстый и неповоротливый в костяной броне, усаживаясь рядом. – Сегодня ты подмогаешь нам, а завтра твоя настанет очередь получать.

Мордочка у него была бледная, словно у покойника, под нижней челюстью скопилась целая бахрома из тонких белесых червей – паразитов.

- И это надо обмыть, - поддержал приятеля тхукер. – Старикан, за дружбу нельзя не выпить. Ты знаешь это, не правда ли?

- Знает, знает, - пробасил джукер. – И верно, что-нибудь сейчас закажет еще?

Ангро-майнью взмахом руки подозвал румяную подавальщицу и отдал необходимые распоряжения. Те, с кем он пару дней назад свел знакомство, встретили это восторженным ревом и очередными заверениями в безграничной, верной и вечной дружбе. Немного погодя они принялись насыщаться. Тут великий маг встал из-за стола и прошел в заднюю комнату едальни. Закрыв за собой дверь на задвижку, он внимательно огляделся.

Как и следовало ожидать, помещение оказалось тесным, а окна в нем не было. Единственным возможным путем бегства была прорезанная в полу большая и грязная дыра. Запах от нее шел тошнотворный.

- Логично, - пробормотал Ангро-майнью. – А иначе безденежные клиенты начнут сбегать пачками.

Вытащив из кармана многофункциональный нож настоящего волшебника, он взглянул на синенькую точку в его рукояти. Тусклая она была, чуть живая. Получалось, магический заряд почти истощился.

Осторожно обойдя по стеночке дыру, Ангро-майнью очертил полыхающим лезвием необходимых размеров дверь. Легкое нажатие ладони и кусок стены выпал наружу. Великому магу в глаза ударил солнечный свет.

Отойдя шагов на пятьдесят от едальни, он взглянул на нож, который все еще сжимал в руке. Точка исчезла. Магическая вещь превратилась в безделушку.

Что-то не получается, подумал Ангро-майнью, совсем не получается. Может, стоило выбрать любовь? Впрочем, с ней управится гораздо труднее. Женщины, они нутром чуют, насколько силен мужчина. Какой из него теперь кавалер, без магии? Можно бить на жалость, конечно, но кого на нее купишь?

Широко размахнувшись, он зашвырнул ставший бесполезным нож в ближайшие кусты.

Через полчаса великий маг вышел к старой дороге и подошвы его каблуков, снабженные железными, не снашивающимися набойками, глухо застучали по отполированным веками гранитным плитам.

4.

Кроны деревьев над головой шелестели так тихо и ласково, что хотелось прямо сейчас свернуть на обочину, лечь на покрывавшую ее траву и отдаться мыслям о добром, вечном.

- Вы очень хороший и весьма любезный человек, - сказала маленькая девочка. - Я вам это говорила?

- Раза три или четыре, - Агро-майнью скромно потупил глаза.

- А теперь я повторяю снова. Вы замечательный старичок, и вам обязательно воздастся.

- Неужели?

- Несомненно.

Они чинно сошли с дороги вымощенным дарующим надежду кирпичом, и зашагали рядышком по тропинке. Та привела их к двери небольшого домика, крытого тщательно подобранными надкрыльями гигантской егозы.

- Это твой дом? – спросил великий маг.

- Он самый. Как хорошо, что у меня нашелся любезный провожатый. Лес… одиночество… дорога… а если бы на меня кто-то напал?

Девочка зябко передернула плечами. Глаза у нее были голубые и наивные, длинные волосы завивались мелкими кудряшками.

- Дорога совсем не показалась мне опасной, - сказал Агро-майнью. – Да и лес выглядел очень мило.

- Однако, как вы заметили, никто из деревни проводить меня не согласился.

- Черствые люди в ней живут.

Девочка тихо вздохнула.

- Увы, это так. Но ведь их уже не переделаешь?

- Нет.

- Значит мир устроен не так замечательно, как мне хотелось бы?

- Хм… В нем есть много неплохих вещей.

- И каких же?

Девочка взошла на небольшое, чистенькое крылечко, повернулась к великому магу.

- Когда вырастешь, сможешь кататься на драконах, пить сладкие вина, обзаведешься армией слуг, научишься изменять внешность. И есть ведь еще претенденты, с которыми можно… хм… впрочем, это необязательно. В общем, мир очень даже неплох, если ты выберешь правильный путь. Если мы подружимся… ну, я имел в виду – подружимся по настоящему, с разговорами по душам и искренней взаимопомощью, то я могу ввести тебя в мир магии. Я очень выгодный друг.

- Вы рассказываете интересные вещи, - промолвила девочка. – Их следует хорошенько обдумать. Иначе потом придется жалеть и даже очень. Так меня папа учил.

- Вот как? У тебя и папа есть?

- Я его люблю. Он хороший.

- Охотно верю – сказал маг. – И все-таки могу ли я надеяться на дружбу хотя бы в будущем?

- На самую искреннюю. Если вас одобрит мой папа. Маленькие, беззащитные девочки, знаете ли, должны во всем слушаться своих родителей.

- Похвальное поведение. И где же он, этот папа?

- В данный момент стоит у вас за спиной. Мне же пора садиться за уроки. До новой встречи.

- До новой, - сказал Ангро-майнью. – И надеюсь…

Он обернулся и вздрогнул.

Тот, кто неслышно подошел к нему со спины, ухмыльнулся, продемонстрировав клыки длинной в палец.

- Папа? – уточнил великий маг, услышав, как хлопнула дверь домика.

Хорошая девочка отправилась делать уроки, как ей и полагается.

- Он самый, – сообщивший это был ростом более трех метров, - Не похож, разве?

- Как бы сказать… Удивительно похож. Точная копия.

- Значит я имею дело с разумным человеком, - прорычало чудовище. – Это приятно. Кстати, удрать даже не пытайся. Мамочка как раз сейчас залегла неподалеку с арбалетом.

- Да я и не думал, - сообщил маг.

- Ну, вот и хорошо. А теперь, мне хотелось бы поставить тебя в известность, что разговоры с маленькими девочками накладывает некоторые обязательства. Посему, давай-ка для начала посмотрим, насколько туго набит деньгами твой кошель. Мне кажется, настала пора его облегчить.

5.

- А силенки у тебя еще полным-полно, - сказала старушка. – Несешь мою вязанку дров от самого чащи, словно конь. Даже не запыхался, сдается мне.

- Я и не на такое способен, - сообщил Ангро-майнью.

Вот сейчас – клюнуло, думал он. Без осечки.

- Хм… да неужели? Учти, я женщина опытная и в мужчинах толк понимаю. Три раза была замужем.

- И все равно еще хоть куда.

- Вот как?

- Точно, точно, - подтвердил великий маг.

- Хм…

Она остановилась и испытующе заглянула ему в лицо. Ангро-майнью ответил самым серьезным, самым честным взглядом из своего обширного арсенала, наработанного за многие столетия жизни. Ему даже удалось слегка покраснеть.

- Я что-то сказал не то? – робко спросил он.

- Все верно, - старушка вздохнула. – Вот что, милок, как я понимаю, ты набиваешься мне в ухажеры?

- Пока мне достаточно и дружбы, - сообщил великий маг.

- Не пойдет, - старушка энергично помотала головой.

Прядь седых волос выбилась из-под платка.

- Почему? Я не нравлюсь?

- Еще как нравишься. Только ухажерство шутка простая и естественная, а вот дружба… Она, видишь ли, времени требует и доскональной проверки. Доверия. Как без него обойтись?

- И надолго?

Окинув его оценивающим взглядом, старушка сообщила:

- Года два, не меньше.

- Сколько?

- А ты что думал, миленок? Дружба, как я тебе и сказала, штука очень серьезная. Давай лучше пока пойдешь в ухажеры? Глянулся ты мне. Такой старичок справный. А?

Ангро-майнью думал.

Срок в два года его не пугал. Перспектива пойти в мил-дружки к старухе тоже волновала не очень. Зарабатывая титул великого мага, он сталкивался и с более тяжелыми испытаниями. Главное – вернуть магию. Однако…

Любой маг должен не только накладывать новые заклинания, но и постоянно обновлять старые. Наложенные им уже рассеиваются, выдыхаются. А первые последствия станут заметны через несколько дней. Потом они начнут спадать с него словно кожура с луковицы, одно за другим. Те, без которых он просто не выживет, поддерживающие его тело, продержатся чуть дольше. Их хватит где-нибудь на месяц, полтора. Вот настоящий срок, за который он должен вернуть себе умением повелевать магией.

Привыкнув жить, расходуя ее на полную катушку, он некогда наложил на себя очень эффективные, но и неэкономные заклинания, требующие много магической энергии. Не мог предугадать, что лишится ее. А теперь… Что осталось от его настоящего тела за многие сотни лет жизни? Горсть праха, не больше. И есть еще его дух, сущность, неспособная воздействовать на реальный мир. Только это и ничего более.

Его на мгновение бросило в холод.

- Призадумался? – участливо спросила старушка. – Не нравлюсь я тебе, стало быть? Шутковал, а?

- Да не в том дело, - буркнул Ангро-майнью.

- А в чем?

- Время, бабушка, время, вот что самое главное в мире. Оно уходит, понимаешь ли.

Швырнув на землю вязанку с хворостом, он побрел прочь.

- Учти милок, впереди снова пустыня. И лучше бы тебе…

- Перейду. Не впервой.

- Насчет хвороста… а донести хотя бы до дома? – крикнула ему вслед старушка. – Трудно, да?

Великий маг даже не оглянулся. Только рукой махнул, словно комара отгоняя.

6.

- Песок утекает лишь для того чтобы освободить место новому песку, - сказала маленькая ящерка и юркнула в норку.

Ангро-манью остановился, обнажил голову, отер пот со лба.

Жара. Пустыня. Дорога. Развалины дворца у горизонта. Судя по форме зубцов на стенах, вполне современного. Интересно, кто его разрушил? А может, не достроил какой-то джинн? Почему? Загадка.

Великий маг взглянул на панаму в руках. Старая, дырявая, грязная. Как и его теперешняя жизнь.

Жара…

Прикрыв голову, он двинулся дальше. Медленно, стараясь экономить силы, то и дело прикасаясь к висевшему на поясе полупустому бурдюку с водой, заполненному еще утром, в очередном оазисе.

Дойдет ли он к вечеру до следующего? Нет, воду лучше экономить. Хотя пить уже хочется сильно.

Бархан, бархан, еще бархан…

Дорога извивалась между ними, словно след змеи. Заклинание, не дающие пескам ее засыпать, явно наложили мощное. На тысячи лет. Кто именно? Пеликанцы, скорее всего. Только они обладали подобной силой.

Ангро-майнью подумал, что прямо у него под ногами огромные запасы магической энергии. Вот бы суметь ее извлечь? Нет, для этого надо самому обладать хотя бы капелькой. Нельзя зажечь костер, не обладая возможностью высечь искру.

Очередной поворот вывел его к сооружению, которое могло быть только причалом.

Так и есть, подумал великий маг. Даже парусник имеется.

Возле причала на песке стоял корабль. Настоящий, с мачтами, парусами, орудийными портами, трапом. Возле него валялось несколько тюков и бочек. На одной сидел разодетый в пух и прах старичок. Глазки у него были хитрые, нос крючковатый, а седая борода – длинная и ухоженая.

Коллега, решил Ангро-майнью, как пить дать. Впрочем, ему сейчас сойти за претендента можно не опасаться.

Он приблизился, сел на ближайшую бочку и, отстегнув бурдючок, протянул магу.

- Вино? – спросил тот.

- Вода, конечно.

- Тогда отведай моего.

Старичок вынул прямо из воздуха золотую, украшенную драгоценными камнями бутыль и два кубка. Наполнив их, протянул один Ангро-манью. Тот в знак признательности отвесил полупоклон, взял кубок и сделал глоток.

Очень даже неплохое вино. У него во дворце было лучше, но какой спрос с корабельного мага?

- Хастор Великолепный, - представился маг.

Ну да, подумал Ангро-майнью. Все они великолепные. Самые неумехи - великие. Обязательно. Система. Впрочем, сейчас любой из этих недоумков даст ему сто очков вперед.

- Бермуль, - сообщил он. – Просто Бермуль. Путешествую налегке.

- Неплохое занятие, как я погляжу. Не хочешь ли вступить в наше братство? У нас как раз появилась вакансия.

- Братство?

- Наше, пиратское. Все на реи, абордаж, золото и драгоценности делятся поровну, по справедливости. Взаимное уважение и дружба, поскольку в случае проигрыша будем висеть на одной рее.

- Пиратское братство, говоришь?

- Оно самое, - подтвердил Бермуль.

Ангро-майнью глотнул из кубка, от удовольствия причмокнул губами.

- Хорошее вино.

- Плохого не держим. Станешь нашим братом, будешь пить такое каждый день.

- Хм…

Великий маг взглянул на безжалостное солнце, кинул взгляд на парочку стервятников, паривших в пределах видимости, снова глотнул вина.

- Что нужно, чтобы вступить в братство пиратов?

- Получить в него приглашение.

- Я его получил?

- Да.

- А еще?

- Согласиться.

- Ну, допустим, я согласен. Дальше?

- Поняться на корабль и сделать так, чтобы братство тебя признало, стать для него полезным.

- Никакой благотворительности?

- Это жизнь, как ты понимаешь. Состоящий в братстве должен приносить пользу. И для начала следует доказать, что она от тебя будет. Дружба и уважение только после этого. Настоящие, до гробовой доски.

- А сначала…

- Назовем это вступительным взносом. Крутым пиратом на халяву стать нельзя, знаешь ли.

- Логично, - промолвил Ангро-манью.

Он допил вино, ковырнул песок носком ботинка. Повернув стопу на бок, заметил, что с подошвы исчезла набойка. Из тех, которым сносу нет, пока не кончится поддерживающая их магия.

- Старикашка ты еще крепенький, вполне нам пригодишься. Согласен?

- Почему бы и нет? – сказал Ангро-майнью.

Он вернул кубок магу и встал с бочки.

- Дело, - одобрил Хастор. – Собственно, нам только нового товарища и не хватало. Теперь можно отчалить.

По слегка пружинящему под ногами трапу они взошли на корабль. Там их встретил боцман, рыжий, одноглазый, с маленьким птеродактилем на плече.

- Кто? – грозно прорычал он.

- Хочет вступить в наше братство, - сообщил маг.

- Гм…

Боцман окинул кандидата в пираты подозрительным взглядом, подумал, снова хмыкнул. Его птеродактиль прокричал:

- Магия, магия!

- Да нет, - сказал Хастор. – Одежда у него магией хорошо пропитана, но сам он ей не обладает ни капельки. Я проверил, пока с ним разговаривал.

- Откуда взял одежду? – поинтересовался боцман.

- А это обязательно объяснять? – спросил Ангро-манью.

Он тоже был не лыком шит.

Боцман сдвинул шляпу и почесал за ухом.

- Шустряк, да?

- Разве вам нужен рохля?

- Нет. Но ты – старик и немощен.

- Испытай меня.

- Хорошо, испытаем. Тебе известно, кто нам нужен?

- Нет.

- Нам нужен юнга, прислужник за все. Этот маг-шарамыжник тебя обманул.

Ангро-майнью взглянул на Хастора.

Тот едва замено подмигнул.

- А все-таки испытай меня, - предложил боцману великий маг.

- Насколько ты трудоспособен?

- Именно.

- Хорошо, жди, сейчас тебе будет работа. Вот сделаю одно дело и вернусь.

Боцман двинулся на корму. Как только оно отошел шагов на десять, Хастор посоветовал:

- Стой на своем, и место на палубе тебе обеспечено. Но учти, это еще не означает, что ты станешь членом братства. Тебя пока еще только возьмут делать работу.

- Как заслужить расположение команды?

- Ты попал на борт. Это уже хорошо. Теперь сделай последний шаг.

- Какой?

- Не знаешь? Думай, а я пока начну готовиться к отплытию. Не хочешь полюбоваться? Для тебя это, наверное, в диковинку.

- Еще бы, - сказал Ангро-майнью.

Он не кривил душой. Ему и в самом деле было любопытно. Примерно так же старого, опытного воина порой тянет поглазеть, как какой-нибудь карапуз рубит деревянным мечом сорную траву.

Они прошли на нос корабля.

- Вот так, примерно…- пробормотал Хастор.

Понимая, что сейчас самое время задавать глупые вопросы, Ангро-майнью поинтересовался.

- Это будет воздушная магия? Корабль взлетит?

- Поплывет.

- Среди пустыни? По песку что ли?

- Глупец! По воде, конечно.

- А откуда она…

- Смотри!

Корабельный маг взмахнул рукой. И возникло море.

7

Мозоли на ладонях вздувались безобразными пузырями. Болели они адски, можно сказать, огнем горели.

Великий маг с ненавистью взглянул на медный лист, который только что надраил до блеска. Крепко привинченный к палубе, он был размером со стол для десятка едоков. В одном углу хорошо просматривалась выбитая чеканными буквами надпись: «радость юнги».

Вот так. Его персональная радость.

Снова взглянув на ладони, Ангро-манью подумал, что мог бы легко избавиться от мозолей, будь у него хоть капелька магии.

- Трудись, трудись, - буркнул проходивший мимо Хастор. – Полезное занятие.

С трудом встав с коленей, новоиспеченный юнга двинулся за корабельным магом и нагнал его только на носу судна.

Зрелище оттуда открывалось просто феерическое. В пустыне лежал кусок моря, шагов сто шириной и сотни три длиной. Все как положено. Волны, запах соли, свежий ветер. Иногда даже появлялись чайки. Возникнув из воздуха на одной границе моря, они с криком пролетали до другой и там исчезали. Причем, границы эти все время перемещались со скоростью движения корабля, так, чтобы он находился в самом центре прямоугольника воды.

Вот корабельный маг махнул рукой - и океанская поверхность раздвинулась, показала во всю ширь мир, в котором находилась. Барханы скрылись под водой, горизонт отпрыгнул прочь, в небе возникло еще одно светило, крупнее, другого оттенка.

Ангро-майнью одобрительно хмыкнул.

Выгода от подобного волшебства была немалая. Благодаря ему корабль находился либо в двух мирах одновременно, либо в одном из них, по выбору. При этом его экипаж мог не бояться ни могучих врагов, ни погодных условий. От шторма можно было спрятаться в одном мире, а песчаную бурю переждать в другом.

Минуты через две рулевой отрапортовал:

- Увидел и запомнил!

Движение руки корабельного мага - и водное пространство сократилось до привычного прямоугольника.

- Неплохая работа? – спросил Хастор.

- Я восхищен! – воскликнул Ангро-майнью. – Просто поразительно!

Он умел общаться с коллегами.

- А то!

- Тебе стать великим магом – раз плюнуть.

- Вот еще придумал. Мне хорошо и здесь, в братстве.

Момент был самый подходящий.

- Мне оно тоже глянулось. Порядок и условия работы… - Ангро-майнью искоса взглянул на корабельного мага. - Как стать его членом? Что для этого нужно?

- Тебя должны признать своим. Надо сделать вклад в наше братство, доказать, что являешься настоящим пиратом, что способен и дальше приносить пользу. А вот потом… потом…

Словно хлебнув большую ложку меда, Хастор блаженно улыбнулся.

Ангро-майнью почесал в затылке.

Вот ведь задача… Как можно доказать свою лихость и сметку, если все время приходится чистить бесполезную медяшку?

- А если боцман не дает даже отойти… - начал он.

- Ни слова больше, - перебил его корабельный маг. – И я, и боцман тебе все уже объяснили. Придумывай, решайся и претворяй в жизнь. Только так поступают настоящие пираты.

Корабль плыл. С дальнего бархана к нему ринулся бескрылый песчаный дракончик. Вот он жадно раскрыл пасть, пересек границу моря - и тут же канул в нем без следа, утонул.

Ангро-майнью взглянул на свои ботинки, еще несколько дней назад новые, а теперь потертые, изношенные.

Скоро развалятся, подумал он. Да и в теле нет былой силы. Еще неделя и магические покровы разрушатся настолько, что придет немощь. И тогда спасаться будет поздно. О каких подвигах может идти речь, если тебя мучает подагра? Нет времени, совсем нет. Сейчас надо действовать. Пришла пора вытаскивать последнее, спрятанное на черный день.

- Не знаешь, капитан еще спит? – спросил великий маг.

- Ты решился?

- Да.

- Хочешь предложить ему что-то ценное?

- Очень.

- Не боишься наказания, если он посчитает твое предложение пустым?

- Нет.

- Иди, в таком случае. Удачи.

Время…

Великому ли магу робко топтаться возле двери пиратского атамана? К тому же, скоро вернется боцман. Тогда отойти от проклятой медяшки уже не получится.

Пора брат, пора…

Ангро-майнью с решительным видом двинулся к капитанской каюте.

8.

Рот у капитана пиратов был от уха до уха, как пасть акулы. Зубы в нем виднелись крупные, треугольные. Нос походил на клюв хищной птицы. Круглые, красные глазки взирали на мир с неукротимой злобой.

- Если мои люди пострадают, - прорычал он, – висеть тебе на рее. Знаешь?

- Конечно, - смиренно сказал Ангро-майнью.

- Спрашиваю еще раз. Уверен, что родственник сообщил тебе обо всех устроенных вокруг объекта разграбления ловушках?

- Он долго служил в охране этого расфуфыренного павлина и рассказывал мне о них не раз. Вода поднимет корабль и именно здесь он пройдет беспрепятственно. Вот в этом месте ловушки не рассчитаны на нападение с моря.

- Ты еще можешь сдать назад. Мы уплывем прочь, ты останешься юнгой, но у тебя будет право на новую попытку. А если ты ошибся и кто-то из братства пострадает… придется платить и очень сурово.

- Я не поверну назад.

- Отлично!

Капитан вытащил из ножен абордажный тесак и крутанул им над головой. Пираты, только и ждавшие этого знака, радостно взревели:

- За добычей! За золотом!

Ангро-майнью улыбнулся.

Ну вот, все получилось. Да разве могло быть иначе? Он не в таких переделках бывал. Удивительно, но не потребовалось даже обманывать. Пиратам и в самом деле ничего не грозит. Хапнут баснословные сокровища, даже не вспотеют.

- Покажем нашу удаль! – ревел капитан пиратов. – Вперед, мои пустынные альбатросы!

Команда ему вторила.

Для того чтобы проскочить сквозь ловушки, корабельный маг сжал морской участок, сделал его шириной не более ста шагов. Теперь судно пиратов плыло словно по водяному клинку. И острие его было направлено точно на дворец великого мага, на его собственный дворец.

9.

Золотые слитки таскали на корабль корзинами, а бриллианты насыпали прямо в холщовые мешки из-под сухарей. Среди пиратов даже нашлась парочка грамотеев. Они занялись библиотекой. Самые ценные магические книги складывали штабелями и постепенно перетаскивали в трюм. По коридорам дворца гуляло эхо радостных воплей, грохота разламываемых сундуков, треска, с которым обдирали со стен старинные, шитые жемчугом и драгоценными камнями гобелены.

Ангро-манью пнул валявшуюся на полу алебарду.

Получалось, стражники разбежались, даже не попытавшись дать отпор. Впрочем, они видели, кто идет вместе с пиратами грабить собственный дворец.

Он двинулся знакомым коридором в сокровищницу и на полдороге столкнулся с Хастором. Тот спешил на корабль, сжимая в руках плотно набитую торбу, из которой торчали кончики волшебных палочек и несколько пеликанских свитков, писаных в старые времена на выдубленной коже.

- Хорошая добыча, - сказал Ангро-манью. - Поздравляю.

Ничего, мстительно подумал он, подобным игрушкам корабельный маг будет радоваться недолго. Только бы меня признали членом братства, только бы признали…

- Великолепная добыча! – согласился корабельный маг. – И мечтать о таком не мог! Ты просто молодец, что вывел нас на свой дворец.

Ангро-майнью вздрогнул.

- А с чего это ты решил, будто он мой?

Хастор пожал плечами:

- Ну, ты же на него нас вывел? Значит, этот дворец можно называть твоим. Не так ли?

- Думаешь, я поверю в такую жалкую отговорку?

Тяжело вздохнув, пират заглянул Ангро-майнью в глаза.

- Обманывать больше нет смысла. Наверное, следует объясниться.

- Верное решение.

Голос Ангро-манью можно было использовать при производстве мороженного.

- Ты сам хочешь услышать, не так ли?

- Да.

- Все равно это надлежало сказать, так почему не сейчас?

- Не тяни кота за хвост.

Хастор сказал:

- Тебе не приходило в голову, что другие маги тоже могут навещать оракула? Их ведь много, не так ли? А знаешь для чего? Чтобы поинтересоваться, как там обстоят дела у владельца двадцати пяти миров.

- Вот как?

- Не ожидал? Именно так претенденты на твое место узнают, где ты находишься, высчитывают удобный момент с тобой сразиться.

- Значит…

- Ну да. Как только стало известно, что ты утратил могущество, началась охота. И даже не на тебя, а на твои сокровища, пока еще надежно охраняемые магическими ловушками. Все понимали, что они когда-нибудь исчерпают заложенную в них магию. Однако когда это случится и кто сорвет главный приз?

- Вы всех обскакали?

- У нас возникла хорошая идея, как опередить конкурентов. Следовало лишь вовремя оказаться на твоем пути. И все получилось, не так ли?

- Кто бы спорил?

- Коллега, но ты и сам все понимаешь, - сказал Хастор. – Кстати, нет худа без добра. Теперь все узнают, что ларчик опустел. Можешь не опасаться за свою жизнь. Разве это плохо?

- Вы меня даже не убьете?

- А зачем? Ты больше не опасен.

Ангро-манью мрачно улыбнулся.

И не поспоришь.

- Пиратское братство не более чем байка? – спросил он.

- Нет. Только зачем нам немощный старик, утративший магию? Это нерационально. У нас не богадельня.

Глаза великого мага блеснули.

- Вы правильно все понимаете. Остался еще один вопрос. Весьма важный.

- И какой?

- Мой титул, за который, я уверен, сейчас идет яростная схватка. Против участвующих в ней тебе не сдюжить. Однако если к твоей магии приложить мои знания и опыт, то это становится возможным. Ты, можешь оказаться очень серьезным претендентом на право называться великим магом, новым властелином двадцати пяти миров. С моей помощью, конечно.

- Я – маг и по мере сил совершенствую свои магические умения, но великим быть не желаю. Знаю, какую цену придется заплатить.

- Уверен?

- Совершенно.

- Но ты ведь не прочь стать хотя бы великим корабельным магом? Руководствуясь мудрыми указаниями.

- Мне известно, на каких условиях ты сможешь вернуть себе могущество, - заявил Хастор. – Все маги их знают. К этому моменту приняты меры, оповещен весть этот мир. Никто не согласится стать твоим другом. Понимаешь? Никто.

Ангро-майнью пожал плечами.

- Негативная реклама – тоже реклама. Уверен, кто-то найдется, кто-то пожелает сказочно разбогатеть. Как только я вновь получу…

- Дураков не найдется. Всех оповестили о том, что великим магам чувство благодарности не свойственно. Обычай у них такой.

- Да?

- Это – конец игры. Разве ты не понял?

- Все?

- Именно. Мы – морские разбойники. У нас есть правила. Мы решили оставить тебе жизнь взамен сокровищ. Но могут найтись и те, кто захочет тебя убить просто ради развлечения. Льва, попавшего в капакан, с удовольствием пнет и лягушка. Знаешь это поговорку?

- Вот как?

- Забейся в какую-нибудь нору и скоротай в ней оставшиеся дни, стараясь не сильно отсвечивать. Умрешь тихо и мирно.

Ангро-манью мрачно хмыкнул

Корабельный маг хлопнул его по плечу и, прежде чем двинуться прочь, сказал:

- Не переживай, старик. Рано или поздно заканчивается все. И жизнь в том числе. Это не нами писано.

10.

Королевский друг уже успел переодеться. Теперь на нем были не вытертые джинсы и застиранная футболка, а добротная дорожная одежда. Подошвы башмаков из кожи каменного ленивца бесшумно ступали по мраморным плитам дворца.

Ну да, зачем мирному путнику громко топать? Еще услышит разбойник и выскочит на тебя из кустов.

Хорошо понимая, что перед ним последний шанс на спасение, Ангро-майнью шагнул другу навстречу, снизошел до улыбки. При иных обстоятельствах подобное было немыслимо. Однако бывший придворный ловко проскочил мимо бывшего повелителя.

- Куда?! – рявкнул Ангро-майнью. – А ну, стоять на месте!

Тут ренегат остановился и, не оглядываясь, буркнул:

- Хорошо было у вас, но надо торопиться на новое место. Не обессудьте, сделал все возможное. С этого момента я на вас не работаю.

И тут же чуть ли не бегом припустил по коридору.

- Эх… - пробормотал Ангро-майнью, – Следовало все-таки приказать ввести в устав жертвенность, пусть самую малость. А если я не успел отдать приказ, то мог бы и сам догадаться, проявить смекалку. За что деньги платил?

Он постоял, услышал, как грохнула главная дверь дворца. Безрадостно улыбнулся. Еще немного постоял, подождал.

Нет, ничего не происходило. Вырвавшаяся из самого его сердца жалоба осталась безответна.

Впрочем, подумал маг, а так ли все плохо? Тишина и покой. Никому более не нужно приказывать. Не надо беспокоиться и контролировать, нет смысла тревожиться и строить планы. Он более не властен над двадцатью пятью мирами. Он даже не маг. Он – никто и зовут его никак. Остается лишь дожидаться смерти. Фиксируя все мелкие детали наблюдать ее наступление. Чем не развлечение? За неимением других.

Наверное смерть придет не сразу и будет познавательно ощущать, как распадается тело, как один за другим перестают работать органы. Сначала не очень важные, а вот потом… Что окажется первым? Почки, печень, легкие? Хорошо бы – сердце. Так быстрее. А пока для развлечения можно попытаться вспомнить самые лучшие моменты длинной, очень длинной жизни.

Подбить баланс? А стоит ли? Учитывая возраст, как ни считай, он все равно в выигрыше.

Ангро-майнью прислушался.

Да, тишина и покой. А где-то там, на горизонте, уже маячат запустенье, разруха и небытие. Строго по очереди.

Даже не так. Пустыня. Вот кто поставит последнюю точку. До поры до времени не смевшая покушаться на его жилье, она придет и возьмет свое, укроет его дворец огромным, сыпучим телом. Быстро, не дав ему превратиться в развалины.

До него вдруг дошло, что он находится неподалеку от собственной спальни. Проковыляв до нее, он открыл дверь, почти ничего не видя, дотащился до кровати. Чувствуя, как ломит неожиданно ставшее немощным тело, рухнул на нее, в гору смятых и уже несвежих простыней, которые никто так и не удосужился заменить.

Буквально пару недель назад подобное было немыслимо. Впрочем, кому сейчас прибираться-то? Все слуги сбежали.

Немощь крепко ухватила его, принесла незнакомые ранее ощущения, чужие, а в чем-то даже приятные.

Как просто все случилось, подумал он. Очень просто. Никогда больше ему не придется повелевать. И это совсем не страшно, оказывается. Осталось лишь отдаться безвременью, перестать существовать. Раствориться в ощущении упадка и умирания. Легкое решение? Из тех, которым нельзя не подчиниться. Они естественны и красивы. Так же как и угасание, как смерть.

Ангро-майнью застонал и ему это понравилось. Застонал опять, прислушиваясь к своему голосу, прикидывая, достаточно ли он хриплый, жалобный. Добросовестно ли он подошел к роли проигравшего, поверженного судьбой и конкурентами. Он привык все делать именно так и даже сейчас не мог отказаться от принципов. Пусть в последней своей работе – умирании.

Не хватало какой-то мелочи.

Он поерзал, устраиваясь поудобнее, зарылся поглубже в простыни. Полежал, утопая в пустоте. Потом ему стало душно, и он перевернулся на спину. Высунул из простыней лицо, глотнул воздуха, словно попавшая на сушу рыба. Этого оказалось вполне достаточно.

Наслаждаясь осознанием будущего ухода, он неожиданно вспомнил о крысином короле. Где тот сейчас? Добирается домой по цепи миров? Скорее всего. Будь он здесь, наверняка бы нашел выход. У этого пройдохи в запасе тысяча и одна хитрость. Но нет его рядом, а призвать не получится. Жаль…

Нет, все мысли о спасении бесполезны, наконец подумал Ангро-майнью. А уходить все-таки надо с достоинством, как и положено великому магу. Прочь стоны и жалобы.

Тонкий словно вязальная спица лучик солнца уколол его в глаз.

Бывший великий маг тяжело и горько вздохнул.

И о комфорте, конечно, забывать не стоит. Поэтому сейчас следует встать и плотнее задернуть шторы. Потом он вернется в полотняное убежище и все продолжится, но прежде…

Свет, проклятый свет!

Он все-таки сел, резко, рывком. Потянулся к шнурку, с помощью которого можно было управлять шторами. И замер.

На мраморной тумбочке, обильно украшенной золотой инкрустацией, стояла банка пива. Рядом с ней лежал обрывок бумаги, на которым было нацарапано корявым почерком: «Все, что могу…».

Ему вспомнились слова оракула о том, что в дружбе не знаешь, где найдешь, где потеряешь. Вот она – дружба. А может, хорошо сделанная работа? Проверить легко.

Чудовищным усилием воли выйдя из оцепенения, чувствуя, как внутри у него зарождается надежда, очень осторожно и медленно, так, словно банка пива могла задать стрекача, Ангро-майнью протянул к ней руку.

 

  • Комментарии
Загрузка комментариев...